Искусство | Знаменитости | Путешествия | Рецепты | Советы хозяйке | Дети

Роберт Шуман и Клара Вик


Роберт Шуман и Клара Вик
Музыка – универсальный вид искусства. При помощи музыкальных образов композитор может передать свои самые сильные душевные переживания, которые нельзя описать словами или запечатлеть красками на полотне. Именно таким произведением является симфония Роберта Шумана, которую он назвал «Весенней» и посвятил своей возлюбленной – знаменитой пианистке Кларе Вик.История этой любви началась в 1830 году в Лейпциге, музыкальном центре Германии того времени. Будучи сту­дентом юридического факультета местного университета, юный Роберт Шуман, вопреки настояниям матери, боль­шую часть времени отдавал занятиям музыкой. Вдохнов­ленный произведениями Франца Шуберта, он не оставлял надежды сделать карьеру на ниве искусства. Однажды в музыкальном салоне госпожи Аньес Карус будущий ком­позитор услышал, как играет одиннадцатилетняя пианистка Клара Вик. Мастерство юной исполнительницы было столь поразительно, что Роберт пожелал немедленно узнать имя учителя, который ее воспитал. Гениальным преподавате­лем оказался отец девочки – Фридрих Вик. Шуман стал брать у Вика уроки мастерства и часто бы­вать в его доме. Дочь учителя Клара с удовольствием слу­шала игру начинающего композитора и мечтала включить его музыку в свой репертуар. Роберт познакомил девочку с произведениями любимого им Баха и сказками Гофмана. Ей очень льстило внимание молодого человека, однако он «е обращал внимания на влюбленность девочки: ведь она была еще совсем ребенок...Занятия Шумана с педагогом шли успешно, однако родители не разделяли решения своего отпрыска стать му­зыкантом. Недолго думая, они перевели сына в универси­тет Гейдельберга в надежде на то, что вдали от музыкаль­ной столицы занятия юриспруденцией окажутся более успешными. Однако эти благие намерения так и не пре­творились в жизнь. В Гейдельберге Роберт попал под вли­яние профессора Тибо, большого знатока музыки, кото­рый посоветовал юноше не зарывать свой талант в землю.На каникулах будущий композитор совершил путеше­ствие в сказочно прекрасную Венецию, откуда привез много задумок для своих будущих произведений, а также побы­вал в Мюнхене, где познакомился с Гейне. Затем Шуман отправился во Франкфурт-на-Майне, чтобы послушать Паганини. Однажды на одном из его концертов Роберт осознал, что только музыка может сделать его жизнь по-настоящему наполненной. Вернувшись из поездки, юно­ша решился на важный шаг – он написал письмо матери, в котором объявил о намерении посвятить себя искусству. Фрау Шуман сильно сомневалась, что сын сможет зараба­тывать на хлеб насущный при помощи своего музыкаль­ного таланта. Она обратилась за советом все к тому же Фридриху Вику, и когда тот высказался в поддержку на­мерений Роберта, мать сдалась. Молодой музыкант вер­нулся в Лейпциг и вновь стал учеником и одновременно жильцом своего педагога. Позже он писал Кларе Вик: «Моя настоящая жизнь началась с тех пор, когда я решил от­даться искусству».Сначала Шуман собирался стать пианистом-виртуозом, добиться совершенства в игре и превзойти в этой области всех своих современников. Для достижения этой цели он напряженно работал над техникой исполнения и даже при­бегал к механическим способам растяжения суставов кис­ти. Когда господин Вик с дочерью уехали на гастроли в Веймар, Роберт решил осуществить свой сумасшедший план. Чтобы добиться самостоятельного движения каждо­го пальца, он привязывал один палец к шнурку, закреп­ленному на потолке над клавиатурой, а другими пальцами бил по клавишам. Однажды во время занятий пианист почувствовал острую боль в руке. Эксперименты пришлось прекратить, но повреждение среднего пальца правой руки было настолько серьезным, что поставило крест на его ис­полнительской карьере.Для неустойчивой психики Шумана это потрясение яви­лось первым сильным ударом. Теперь Роберту оставалось только сочинительство. На этом он и сосредоточился со всей страстностью своей неординарной натуры: «Я вынуж­ден был отказаться от намерения стать пианистом. С тех пор я стал заниматься изучением произведений немецких мастеров и сочинением музыки».К тому времени талантливая «малышка Клара» подросла. Ей уже 17 лет, она замечательная пианистка, много гаст­ролирует и по-прежнему смотрит на Роберта влюбленны­ми глазами. К тому же перестала ощущаться девятилетняя разница в возрасте молодых людей. Шуман наконец-то «заметил» красоту и обаяние молодой девушки, и в его груди вспыхнуло ответное чувство. Он везет любимую к своей матери в Цвиккау, та одобряет выбор сына и дает благословение на помолвку. Счастье кажется таким близ­ким. Но намерениям влюбленных воспротивился отец Клары.Фридрих Вик не считал начинающего композитора се­рьезным претендентом на руку и сердце дочери. Во-пер­вых, его смущало материальное положение будущего зятя, во-вторых, Вик не хотел потерять солидные заработки от гастрольных поездок Клары, и, наконец, в-третьих, до него дошли слухи о частых депрессиях и алкогольных «разряд­ках» Шумана. Чтобы исключить встречи молодых людей, летом 1836 года отец увез Клару в Дрезден. Он запретил также и переписку, а узнав о том, что они нарушают за­прет, обратился в суд с обвинениями композитора в пьянст­ве. Кроме того, Вик отослал Шуману гневное письмо с требованием оставить Клару в покое.Роберт впал в отчаяние. Всю гамму своих душевных переживаний композитор выразил в музыке – так по­явились фортепьянные циклы из небольших пьес: «Карнавал» (одно из самых оригинальных его сочинений), «Давидсбюндлеры», «Фантастические пьесы» и «Крейслериана». Музой всех произведений маэстро была по-прежнему Клара Вик.Полтора года отчаявшийся Шуман не давал знать о себе Кларе, уверенной, что он смирился с требованием ее отца. Но 13 августа 1837 года она получила долгожданное письмо, в котором Роберт робко обращался к ней на «Вы», уверял в своей любви и преданности и просил сказать ему «да». Ответ любимой превосходит все его ожидания: «У меня внутри все шепчет Вам: "Навеки"». Клара даже попыта­лась устроить Роберту встречу с отцом, но тот не изменил своего решения.

Тогда Шуман, ободренный согласием любимой, подал заявление в высший апелляционный суд с просьбой раз­решить их брачный союз с Кларой без согласия отца. Вику удалось затянуть судебный процесс на 13 месяцев. Однако справедливость восторжествовала – суд разрешил брако­сочетание, а Фридрих Вик был приговорен за клевету на Шумана по поводу его пьянства к 18 дням тюрьмы. После вынесения приговора разъяренный ответчик бросил Кла­ре в лицо жестокие слова: «Я проклинаю тебя, и дай Бог, чтобы ты однажды пришла со своими детьми к порогу моего дома за подаянием».

В то время Шуман второй год жил в Вене, продолжая издательскую и композиторскую деятельность, чтобы обес­печить материальное благополучие будущей семейной жиз­ни. Однако его финансовые дела в столице Австрии шли не очень успешно, поэтому весной 1840 года композитор снова вернулся в Лейпциг. Здесь к нему наконец пришла долгожданная удача. Сначала Лейпцигский университет присвоил Шуману звание доктора философии – титул, ко­торый в Германии довольно высоко ценился. Затем Клара Вик достигла совершеннолетия, и можно было идти под венец.

12 сентября 1840 года в церкви деревеньки Шёнфельд недалеко от Лейпцига молодые обвенчались. Мечта Шу­мана сбылась – Клара Вик стала Кларой Шуман! В день свадьбы невеста надела на голову миртовый венок, а Роберт преподнес ей свои «Мирты» – цикл нежных песен, написанных в честь любимой. Композитор позже вспо­минал: «Сочиняя, я плакал и смеялся от радости, я не могу иначе, я хотел бы, как соловей, забыться в пении до смерти».

После женитьбы Шуман работал с особым усердием и приподнятым настроением. К этому времени относятся самые удачные его произведения, такие как «Первая сим­фония» и оратория «Рай и Пери», а также «Круг песен», «Любовь и жизнь женщины», «Любовь поэта» и другие. Только за один 1840 год он написал 138 песен! Вообще в 1840–1843 годах у Шумана наступила пора расцвета его таланта, он создавал симфонии, струнные квартеты, сона­ты, оратории... Ему казалось, что музыка просто льется из души на бумагу без участия пальцев и пера.

Рождение первого ребенка дало Шуману еще больший стимул к творчеству. Радость, как и беда, не приходит одна: премьера оратории «Рай и Пери» в лейпцигском Гевандхаузе имела огромный успех, и непримиримый Фридрих Вик, убедившись в том, что зять достиг всеобщего признания и славы, пишет Роберту: «Дорогой Шуман! Теперь мы не должны быть далеки друг от друга. Вы теперь тоже отец, к чему долгие объяснения? С радостью ждет Вас Ваш отец Фридрих Вик».

Все творчество Шумана в ту пору по-прежнему посвя­щено горячо любимой жене. Более того, поскольку их му­зыкальные вкусы оказываются очень похожими, Роберт развивает композиторское дарование Клары. В соавторстве с ней Шуман пишет музыку на цикл стихов немецкого поэта Рюккерта «Весна». Премьера первой, «Весенней сим­фонии» и цикла песен, созданных вместе, состоялась при непосредственном участии счастливых супругов. Это был знаменательный день в их жизни: Роберт впервые выступил как автор симфонии, а Клара – первый раз под фамилией Шуман. Один из друзей семьи после концерта восклик­нул: «Такого успеха я не припомню со времен Бетховена!».

Следующий цикл песен на стихи Шамиссо, создан­ных в это же время, композитор полностью посвятил любимой. Название говорит само за себя: «Любовь и жизнь женщины». До Шумана, с его всепоглощающей любовью к Кларе, никто из композиторов не уделял такого пристального внимания личности женщины, тайным движениям ее души, ее повседневной жизни, наполнен­ной обычными, но глубокими и искренними пережива­ниями. Гениальная музыка композитора вводит слушате­ля в эмоциональный мир женщины, где живет первая любовь, замужество, рождение ребенка, счастье материнст­ва, утрата любимого...

До Шумана женщину в музыке воспевали Гендель, Глюк, великий Бетховен. Однако его предшественники показы­вали героизм, жертвенность, бесстрашие женщины в ис­ключительные моменты ее жизни, а Шуман смог доказать, что в повседневности от нее требуется не меньше самоот­дачи и сил, чем в любых самых исключительных обстоя­тельствах. Примером такого самоотречения служила для него его Клара.

Чтобы полностью посвятить себя сочинительству, ком­позитор передал руководство издательством «Новой газе­ты» своему коллеге Освальду Лоренцу. Жена, со своей сто­роны, старалась оградить его от всего, что могло помешать творчеству или вывести из душевного равновесия. Она была своего рода посредницей между Шуманом и обыденной жизнью. Единственное, чем он занимался в то время, по­мимо творчества, было преподавание в «Музыкальной школе фортепьянной и партитурной игры и упражнений в композициях», которой управлял Мендельсон.

Вместе с Кларой, ставшей к тому времени выдающейся пианисткой Европы и, по мнению специалистов, усту­павшей своей игрой только Ференцу Листу, Шуман объездил с гастролями немало стран, увеличивая свою возросшую популярность. Зимой 1844 года супругов пригласили в далекую Россию. Шуман уже был наслышан о Глинке и его опере «Жизнь за царя», об Алябьеве с его романсами и песнями, о Гурилеве, Варламове, и ему очень хотелось услышать их произведения и познакомиться с ними лично. А вот в России Шумана знали тогда гораздо меньше, чем его талантливую жену. Его сначала так и представляли при знакомстве: «А это муж знаменитой пианистки». Такое положение вещей угнетало композитора, у него появи­лось ощущение собственной никчемности. Втайне от жены он плакал и пытался алкоголем глушить навязчивые мысли.

Однажды их пригласили выступить с концертом в княже­ском дворце. После концерта хозяин, расточая пианистке комплименты, поблагодарил ее и, между прочим, благо­душно спросил:

– А ваш муж тоже музыкант?
Румянец гнева выступил на щеках Шумана, но Клара тут же молча села за рояль и вдохновенно исполнила экс­промт своего мужа.

По окончании игры, перекрывая громкие аплодисмен­ты и крики восторга, Клара воскликнула, указывая на мужа;
– Композитор Роберт Шуман!
Мило, очень мило, – поспешил заверить пианистку сиятельный невежда.

Желая загладить свою оплошность, князь пригласил обоих музыкантов на прогулку по своей резиденции. При этом он пространно объяснял, как процветает его помес­тье, сколь многим ему обязаны счастливые подданные.

Ах, ваше сиятельство, – почтительно сказал Шу­ман, – вы управляете мило, очень мило!

Любящая и все понимающая Клара включала в свои выступления много произведений мужа, и слушатели по­степенно стали понимать, что перед ними – великий ком­позитор. Их обоих приглашали остаться в Петербурге и преподавать молодым музыкантам. Власти даже предлага­ли немецкому композитору основать здесь консерваторию. Но дома, в Лейпциге, Роберта и Клару ждали дети. И все-таки русский след остался в душе композитора. На стихи русской поэтессы Елизаветы Борисовны Кульман он со­здал произведение «Семь песен Элизабет Кульман. На па­мять о поэтессе». О ее поэзии Шуман писал своему другу: «Это воистину блаженный остров, выплывший из хаоса нашей современности».

Обнаженная душа Шумана тонко чувствовала пережи­вания другого человека. Во всех своих сочинениях он был чужд всякой фальши. Так, в период напряженной работы над «Рождественской кантатой» он сказал Кларе: «Я пола­гаю, что Господь Бог говорит разным языком и раскрывает избраннику Свои повеления через хор ангелов». А однаж­ды признался: «Небо защитило меня от нужды и благосло­вило духовной силой». Все его чувства были обострены. Шуман не раз повторял любимой, что чувствует ее душу даже через расстояния, ощущает ее дыхание, видит ее гла­за через десятки, сотни миль. Он был счастлив в любви и творчестве, но в глубине души жила тайная боль – страх потерять рассудок.

Шуман знал, что его родители страдали наследствен­ными душевными болезнями. По утверждениям биогра­фов, у отца Шумана была легкая форма шизофрении, мать страдала одной из форм маниакально-депрессивного пси­хоза – циклотимией. С возрастом и у композитора стали отмечаться наследственные симптомы. В семейном днев­нике этого времени можно прочитать о «печальной мелан­холии... слабости и сильных нервных приступах».

По возвращении из России маэстро настиг первый приступ дремавшей в нем душевной болезни. Впервые стали появляться галлюцинации: композитор жаловался, что его преследует звук «ля», а временами чудится, что его любимый Шуберт ночью диктует ему новые музы­кальные темы. Не раз Роберт говорил жене, что в его голове «постоянно живут звуки». Если в юношестве у Шумана встречались лишь нервные срывы, то теперь он боялся покончить с собой, избегал острых предметов, физически не мог находиться в помещениях, располо­женных выше первого этажа. По настоянию Клары се­мья переехала в более спокойный Дрезден, где Шуман, несмотря на недомогание, написал «Вторую симфонию» и подумывал о создании оперы.

Немного оправившись от болезни, в начале 1847 года композитор посетил Прагу и Вену. Поездка благотворно повлияла на его самочувствие, и он приступил к созданию оперы «Геновева» на сюжет известной средневековой ле­генды о Женевьеве Брабантской. Опера получилась не очень удачной и не имела успеха у публики. Шуман никак не выказал своего разочарования по этому поводу и, словно предчувствуя, что болезнь не оставит его в покое, стал со­здавать одно произведение за другим.

С 1850 года семья Шумана живет в Дюссельдорфе, куда маэстро был приглашен на должность городского «мьюзик-директора». Клара занималась здесь педагогической деятельностью, а Роберт пробовал дирижировать. Однако великий композитор не стал великим дирижером, и осе­нью 1853-го контракт с ним не был возобновлен. Немного отвлекло от неудачи заграничное путешествие, где Шуман «с удивлением видел, что его музыка в Голландии сдела­лась едва ли не более родною, чем в самом отечестве». Однако болезнь прогрессировала, маэстро все более замы­кался в себе. Последним «светлым пятном» в его жизни стала дружба с Иоганнесом Брамсом, на которую Клара возлагала большие надежды и всячески поддерживала ее.

Знакомство 20-летнего Брамса с 43-летним Шуманом и его женой, великолепной пианисткой с европейской извест­ностью, состоялось осенью 1853 года в доме Шуманов на Билькерштрассе. Едва прочитав рекомендательное письмо, которое показал Роберту Брамс, хозяин усадил его за рояль и попросил исполнить что-нибудь свое. Первые же такты музыки вызвали бурное одобрение знаменитого компози­тора, вскочившего со стула со словами: «Это должна слы­шать Клара!» А на следующий день Шуман записал в своей рабочей тетради: «В гостях был Брамс – Гений». Пример­но такой же отзыв записан и в дневнике Клары. В послед­ней своей статье для журнала «Новые пути» композитор назвал Брамса «Евангелистом Иоанном в музыке» и при­равнял его творчество к уровню многих гениальных пред­шественников. Иоганнес был очень обрадован и польщен, ведь сам гениальный Шуман признал его талант!

Брамс был тепло принят в доме Шуманов и прожил у них целый месяц. Молодой музыкант буквально боготво­рил Шумана и с огромным уважением относился к Кларе. Она была на девять лет моложе мужа и на четырнадцать лет старше Брамса, и, несмотря на то что родила шестерых детей, все еще оставалась привлекательной и утонченной женщиной. Тогда никто из них троих не мог и предполо­жить, какой трагический финал будет у этого знакомства.

Со временем внимание молодого Брамса с хозяина дома переключилось на хозяйку, и вскоре все его мысли были заняты Кларой. Постепенно восхищение перерасло в на­стоящее чувство, и Иоганнес понял, что не в силах побо­роть влечение к жене своего благодетеля. Чтобы как-то разрешить эту сложную ситуацию, он возвращается в Ган­новер и старается заглушить свои чувства работой.

Тем временем состояние здоровья Роберта резко ухуд­шается. Вероятно, он чувствовал, что между его гостем и женой что-то происходит. Шумана вновь начинают му­чить галлюцинации и бессонница, он все время боится, что не сможет контролировать свои действия. В один из таких дней композитор сам признается: «Ах, Клара, я не­достоин твоей любви. Я знаю, что болен, и хочу, чтобы меня положили в психиатрическую больницу».

Жена не могла смириться с этим, но болезнь прогрес­сировала. Иногда Шуман совершенно терял сознание, а ранней весной 1854 года его рассудок окончательно по­мрачился. 27 февраля в халате и домашних туфлях он не­заметно выбрался из дома и побежал к мосту через Рейн. Добежав под проливным дождем до середины моста, ком­позитор размахнулся и что-то швырнул в воду, а затем бросился туда сам. Оказавшиеся поблизости рыбаки спас­ли его. Позже Клара нашла листок бумаги, на котором больной написал: «Дорогая Клара, я брошу свое кольцо в Рейн, сделай и ты так же, оба кольца соединятся там».

Шумана поместили в лечебницу для душевнобольных. Клара постаралась, чтобы у мужа были хорошие условия для лечения. Ему предоставили двухкомнатную палату, в одной из комнат поставили пианино. Но видеться с ним Кларе запретили: одним из условий успешного лечения доктора считали полную изоляцию больного от ближай­ших родственников.

Узнавший о случившемся Брамс сразу же поспешил в Дюссельдорф, чтобы поддержать любимую женщину в та­кой сложной ситуации. С огромным усердием он помогал ей и детям во время болезни Шумана и даже готов был остаться с ними после его возвращения из больницы. Кла­ра изо всех сил старалась хранить верность мужу и отно­ситься к Иоганнесу по-матерински, хотя в глубине души стала чувствовать нечто большее, чем просто признатель­ность за бескорыстную помощь.

В начале 1855 года у врачей появилась надежда на выздоровление Шумана. У него вновь возник интерес к сочинительству, он стал читать и даже совершать са­мостоятельные прогулки. И все же это было временное улучшение. Длительная разлука с любимой женой и детьми (сына, родившегося после госпитализации, он так и не увидел) сказалась на его самочувствии. 23 июля 1856 года Кларе принесли телеграмму из клиники: «Если хотите увидеть мужа живым, немедленно приезжайте». Позже Брамс, сопровождавший женщину в этой поездке, рас­сказывал о потрясении, которое он испытал во время свидания супругов: «Он лежал с закрытыми глазами, она стояла перед ним на коленях. Он узнал ее и очень хотел обнять, но не смог поднять руку. Говорить он уже не мог». Через шесть дней смерть наконец избавила Роберта Шумана от страданий.

Несмотря на такой страшный конец, маэстро выпол­нил задачу своей жизни – он оставил потомкам прекрас­ную загадочную музыку, которую каждый слушатель пы­тается разгадать по-своему. Ведь даже Клара Вик, родившая композитору восьмерых детей, после прослушивания «Флорестана и Эвсебии» говорила мужу: «Как прекрасна эта вещь, как много здесь юмора и в то же время таинствен­ности. Меня изумляет твоя душа, все в ней новое». Эти слова служат лучшим подтверждением того, что мировос­приятие Шумана было загадкой не только для него само­го, но и для самых близких ему людей.

После смерти мужа, по мнению многих знавших ее людей, Клара ожидала, что Брамс сделает ей предложение. Ведь два с половиной года, пока Шуман находился в Ле­чебнице, Иоганнес слал Кларе письма, полные страстных любовных признаний. Теперь она была свободна и как ни­когда нуждалась в поддержке. Однако Брамс в октябре 1856 года уехал в Гамбург, а его письма становились все более и более прохладными. Он пишет теперь, как старый друг, готовый и дальше предлагать только дружбу.

Что заставило Брамса так круто изменить свои наме­рения – точно не знает никто. По наиболее распростра­ненной версии, Иоганнес не захотел связывать себя се­мьей и предпочел свободу, необходимую ему для творчества. Его биограф А. Ноймайр пишет: «Инстинкт гения подсказал ему путь самопожертвования и печаль­ного одиночества». Такое очевидное бегство Брамса глу­боко оскорбило Клару. В одном из своих писем в 1863 году она отмечает: «Мое участие в его судьбе и творчестве всегда останется горячим, но мое доверие к нему полно­стью утрачено».

Клара всегда превосходно исполняла сочинения Шумана и продолжала играть их в концертах и после его смерти. И хотя очень много времени уходило у нее на детей, Клара Шуман сумела занять почетное место среди пианистов XIX столетия. До самой своей кончины в 1896 году она про­должала ревностно охранять и популяризировать музыкаль­ное наследие своего гениального мужа. Последний концерт прославленная пианистка дала в возрасте 72 лет.

До недавнего времени любой желающий мог узнать, как выглядела возлюбленная Роберта Шумана в день своей свадьбы. Ее портрет был воспроизведен на купюре досто­инством 100 ОМ. Каждый меломан мог увидеть юную Клару Вик, удостоенную всепоглощающей любви великого ком­позитора, женщину, которая осталась жить в веках в его бессмертных произведениях.

© Fammeo.ru Все права защищены.

Читайте также:

Если Вам нравится, поделитесь с друзьями:



ВходРегистрация