Искусство | Знаменитости | Путешествия | Рецепты | Советы хозяйке | Дети

Вдадимир Высоцкий и Марина Влади


articles: art0098.pngК моменту их встречи и советский актер Владимир Высоцкий, и французская актриса Марина Влади уже достигли пика славы. Один из русских эмигрантов после какого-то клубного вечера в Париже написал: «Пришла Влади с мужем. А ушел Высоцкий с женой». Это была потрясающая гонка: они всю жизнь соревновались друг с другом и всю жизнь друг другом гордились.

Владимир Высоцкий родился в Москве в 1938 году, в «доме на Первой Мещанской, в конце», согласно его же свидетельству из песни «Баллада о детстве». Родители – Нина Максимовна Серегина и Семен Владимирович Вы­соцкий – прожили вместе около пяти лет, потом разве­лись и вступили во вторые браки. Вторая жена Семена Высоцкого – Евгения Степановна Лихолетова (погибла в 1988-м). Семен Владимирович в 1971 – 1988 гг. работал на предприятии Министерства связи, затем директором шко­лы Главпочтамта. Скончался в 1997 году.

Первые военные годы Владимир провел в эвакуации на Урале, потом вернулся в Москву, а в возрасте девяти лет он вместе с отцом-офицером, который к тому време­ни уже разошелся с матерью Владимира, попал в после­военную Германию. Пребывание там не было похоже на жизнь его московских сверстников в послевоенной совет­ской столице.

Отношения Высоцкого с отчимом не сложились, потому после возвращения из Германии он поселился с отцом и мачехой, с которой ладил, в центре Москвы – в Большом Каретном переулке. Здесь судьба и свела его с компанией типичной городской молодежи 50-х, чье детство пришлось на тяжелые военные годы, юность – на «оттепель», а зре­лость – на унылый «застой». В годы молодости Высоцкого была в ходу блатная романтика – наследие сталинского ГУЛАГа. Ни одна дворовая компания не обходилась без ги­тары и душещипательных песен о Колыме, Воркуте, Мурке, а также без довоенных романсов Козина и Петра Лещенко. Так в жизни Высоцкого появилась гитара.

Учась в десятом класе, Владимир посещал драматиче­ский кружок, однако становиться актером не собирался. После окончания школы он поступил в Московский инженерно-строительный институт, но, проучившись пол­года, бросил его. Это решение Владимир принял в ново­годнюю ночь с 1955 на 1956 год. Ему и школьному другу Игорю Кохановскому пришлось встретить Новый год весьма своеобразно: за рисованием чертежей, без кото­рых их просто не допускали к экзаменационной сессии. После боя курантов, выпив по бокалу шампанского, они принялись за дело. Где-то к двум часам ночи чертежи были готовы. Но тут Высоцкий встал, взял со стола баночку с тушью и стал поливать ее остатками свой чертеж. «Все. Буду готовиться, есть еще полгода, попро­бую поступить в театральный. А это – не мое...» – ска­зал он тогда. И поступил в Школу-студию МХАТа.

Интерес к авторской песне пробудился у Высоцкого пос­ле знакомства с творчеством Булата Окуджавы, которого Владимир Семенович считал своим учителем и которому позже посвятил «Песню о Правде и Лжи». Свои первые песни в стиле «дворовой романтики» Высоцкий начал со­чинять в начале 60-х годов. Их не воспринимал всерьез ни сам Высоцкий, ни те, кто были первыми слушателями. Спустя несколько лет, в 1965-м, он написал знаменитую «Подводную лодку», о которой Игорь Кохановский впо­следствии говорил: «"Подводная лодка" – это было уже всерьез. И я думаю, что именно эта песня заявила о том, что пора его творческой юности кончилась».

Закончив в 1960 году Школу-студию МХАТа, Высоц­кий некоторое время работал в театре им. А. С. Пушки­на, затем перешел в Театр миниатюр. Он играл в эпизо­дах, в массовке и радости от сцены не получал.

В 1964 году Владимир Высоцкий поступает в Театр на Таганке, который, по его собственному выражению, стал для него «своим театром».

«Ко мне в театр пришел наниматься молодой человек. Когда я спросил его, что он хочет прочитать, он ответил: "Я несколько своих песен написал, послушаете?". Я со­гласился послушать одну песню, то есть, фактически, наша встреча должна была продлиться не более пяти минут. Но я слушал, не отрываясь, полтора часа», – вспоминает Юрий Любимов. Так начался творческий путь Высоцкого в Теат­ре на Таганке. Гамлет, Галилей, Пугачев, Свидригайлов – целая палитра образов, созданных вместе с режиссером Юрием Любимовым.

Однако в театре не всегда все шло гладко. Почти отече­ское отношение Юрия Любимова к Высоцкому, которому практически всегда прощались проступки, вызывало за­висть коллег-актеров, за исключением нескольких друзей – Золотухина, Демидовой, Филатова.

Параллельно с театром шла работа в кино. Сниматься Владимир Высоцкий начал еще в студенческие годы. В 1961 году он сыграл не прошедшую незамеченной роль в известной молодежной картине «Карьера Димы Гори­на». Тем временем сначала по Москве, а потом и по стра­не стали расходиться песни Высоцкого – по преимуще­ству блатные, которые он сочинял под псевдонимом Сергей Кулешов.

Актер в те годы часто появлялся на экране, но роли ему предлагались небольшие, как правило, серые, а фильмы были скучными и пустыми. Так продолжалось до 1967 года, когда в прокат вышла картина «Вертикаль», принесшая Высоцкому настоящий успех, особенно благодаря прозву­чавшим в фильме его песням.

Вспоминает режиссер фильма Станислав Говорухин:

«Актерам довелось пожить недельку в палатке под лед­ником. Надо было набраться альпинистского опыта, вооб­ще "почувствовать" горы. Особенно Володе. Мы очень рассчитывали на песни, которые он напишет. Без них кар­тина не могла состояться.

Альпинисты считали его своим. Верили, что он опыт­ный восходитель. А он увидел горы впервые за два месяца до того, как написал ставшие такими популярными песни о горах».

Первая жена – Изольда Жукова, с которой Высоцкий познакомился еще в театральном училище, терпеть не могла песен своего мужа. Ей казалось, что он больше времени уделяет своим песням, чем жене. И они ее порой просто раздражали: «Я не только не придавала никакого значения этим песням, они для меня были каким-то терзанием. Куда бы мы ни приходили, начинались песни. Причем люди их слышали впервые, а я их слышала в 101-й раз. Иногда даже поднимала бунт. Володя тогда уже начал сниматься, нам часто приходилось расставаться... И я злилась: нельзя заниматься никакими песнями! Надо заниматься только женой! В те годы мне так казалось...»

Иза была, пожалуй, единственной из всех женщин Владимира Семеновича, для кого он еще не был тем Высоцким, каким стал для всех, в том числе и для нас впоследствии – за ним еще не тянулся шлейф поэтиче­ской и актерской славы, всесоюзной известности и все­народной любви. Она воспринимала его без ореола зна­менитости, могла только догадываться, насколько он талантлив. Уже через много лет Изольда, услышав одну из песен Владимира, вдруг поняла, как жестоко заблуж­далась.

Со своей второй женой, актрисой Людмилой Абрамо­вой, Владимир познакомился на съемках фильма «713-й просит посадку» в 1962 году, а спустя несколько лет они поженились. Правда, брак не был долгим, их многое друг в друге не устраивало, а потому развод был неизбежен. Людмила родила Владимиру Семеновичу двоих сыновей – в 1962 году Аркадия (сейчас он сценарист), а в 1964 году – Никиту (известный актер и директор Центра-музея Вла­димира Высоцкого).

И наконец, Марина Влади. Удивительная история их любви началась в конце пятидесятых годов, с момента появления на больших экранах страны фильма «Колду­нья», снятого по повести Александра Куприна «Олеся». Шестнадцатилетняя француженка, исполнившая главную роль, поистине околдовала всех зрителей – в том числе и Высоцкого, который много раз смотрел этот фильм, все сильнее влюбляясь в актрису. В актрис влюбляются мно­гие. Но Владимир был уверен, что рано или поздно будет с нею вместе. «Эта женщина станет моей женой», – амби­циозно заявил он. И чудо произошло.

Они встретились в 1967 году, когда приехавшую в Моск­ву Марину пригласили в Театр на Таганке. После репети­ции ее познакомили с актерами, занятыми в спектакле «Пугачев». Тогда Марина еще не знала, что эти минуты определят ее судьбу на много лет.

Ну а настоящее их знакомство произошло в ресторане ВТО, куда Высоцкий пришел после спектакля. «Краеш­ком глаза я замечаю, что к нам направляется невысокий, плохо одетый молодой человек. Я мельком смотрю на него, и только светло-серые глаза на миг привлекают мое внимание. Но возгласы в зале заставляют меня пре­рвать рассказ, и я поворачиваюсь к нему. Он подходит, молча берет мою руку и долго не выпускает, потом це­лует ее, садится напротив и уже больше не сводит с меня глаз. Его молчание не стесняет меня, мы смотрим друг на друга, как будто всегда были знакомы. Я знаю, что это – ты», – так описывает свое первое знакомство с Высоцким Марина Влади.

Марину Влади кто-то однажды назвал «французской актрисой с русской судьбой». Хотя и родилась Марина и в кино начала сниматься во Франции, корни у нее русские. Может, потому и судьба сложилась столь причудливо, не­характерно для француженки?

Марина появилась на свет 10 мая 1938 года в париж­ском предместье Клиши. Ее отец, Владимир Поляков, происходивший из очень богатой московской семьи, окончил консерваторию. Он был талантливым, артистич­ным во всем человеком, прославился как баритон рус­ской оперы в Париже. Россию Владимир Поляков поки­нул еще в 1915 году, но духовную связь с родиной не утратил. По воспоминаниям Марины, в семье всегда го­ворили по-русски, готовили русские блюда – борщ, кот­леты, любили основательно, «по-расейски», выпить чаю. Вот только пирогов никогда не было: мать-балерина сама никогда не ела ни мучного, ни сладкого и своим четы­рем дочерям не позволяла.

Творческая обстановка в семье не могла не повлиять на профессиональный выбор детей: две старшие сестры Марины стали актрисами. Саму Марину в раннем дет­стве отдали в балетный класс парижской Гранд-опера, а в 10-летнем возрасте она дебютировала в фильме «Лет­няя гроза».

Когда Марине было 13 лет, умер отец, которого она обожала. Девочка была так потрясена утратой, что в па­мять об отце решила взять псевдоним – производное от его имени. Так урожденная Марина Владимировна Поля-кова-Байдарова превратилась в Марину Влади.

Первый серьезный успех пришел к ней в 15-летнем воз­расте, когда она исполнила главную роль в фильме Андре Кайата «Перед потопом». А через два года была «Колду­нья», которая обошла экраны всего мира и принесла Ма­рине Влади неслыханную популярность. Тогда же Марина вышла замуж за французского актера и режиссера Робера Осейна, также имеющего российские корни, и впослед­ствии не только родила ему двоих сыновей, но и снялась в нескольких его фильмах.

К концу 1960-х годов Влади была уже актрисой с миро­вым именем. Она сыграла в кино не один десяток ролей, ее приглашали в свои картины знаменитые режиссеры, такие как Жан-Люк Годар, Клод Шаброль, Де Сантис; в 1963 году фильм «Современная история» (известен также под названием «Королева пчел») принес актрисе премию за лучшую женскую роль на самом престижном междуна­родном кинофоруме – Каннском фестивале. Тут и про­изошла случайная встреча с Владимиром Высоцким, кото­рая все переменила в ее налаженной жизни.

У них начался совершенно сумасшедший роман, и в 1969 году они поженились. Это была самая романтичная история любви тех лет, хотя совместной жизни в прямом смысле у супругов не было: Марина часто уезжала на съемки в разные страны, Владимир много гастролировал. Но в те редкие дни, месяцы, которые им удавалось провести вмес­те, они были по-настоящему счастливы.

В России на историю их взаимоотношений, их любви и брака принято смотреть как бы с позиции всенародно из­вестного и любимого барда, а если попробовать взглянуть с другой стороны? Решиться в те годы связать свою судьбу с человеком из-за «железного занавеса» – это был отваж­ный поступок для француженки. Марина, «русская душою», решилась.

Двенадцать лет она была рядом с Высоцким. «Я жив, двенадцать лет тобой и Господом храним...» – успеет на­писать он на обратной стороне телеграфного бланка. И все эти годы Марина Влади пыталась оградить Высоцкого от опасностей, замедлить бешеный ритм его жизни.

Уже после смерти мужа Марина Влади в своей книге «Владимир, или Прерванный полет» вспоминала, как они с Володей сумели наконец остаться одни: «Долгие месяцы лукавых взглядов и нежностей были как бы прелюдией к чему-то неизмеримо большему. Каждый нашел в другом недостающую половину. Мы тонем в бесконечном про­странстве, где нет ничего, кроме любви. Наши дыхания стихают на мгновенье, чтобы слиться затем воедино в дол­гой жалобе вырвавшейся на волю любви... Всей ночи нам не хватило, чтобы до конца понять глубину нашего чув­ства».

Даже расставаясь на очень короткий срок, они и дня не могли обойтись без телефонных разговоров. И тогда он набирал «вечные 07», просил телефонисток, с каждой из которых был уже знаком, соединить его с Парижем. А когда раздавался долгожданный звонок, говорил: «Здравствуй, это я!». Они летали друг к другу так же часто, как некоторые люди ездят на трамвае. Он писал ей почти каждый день. Это одна сторона медали.

Но есть и вторая. Звезда мирового экрана варила Вы­соцкому обеды, наводила порядок в квартире. Ее он будил по ночам, чтобы спеть только что написанную песню... Она выхаживала его, когда он попадал в очередную ава­рию и разбивался так сильно, что, по ее собственным словам, его колени напоминали по цвету баклажаны. Она голыми руками выбирала из раковины сгустки крови, которыми его рвало во время приступов (в последние годы жизни Владимир Семенович тяжело болел). После ночного звонка ей часто приходилось ехать на другой конец Москвы, чтобы вытаскивать его из пьяных компа­ний. Она прощала ему многочисленные романы и сию­минутные увлечения. Она привозила из Парижа абсо­лютно все – от джинсов, которые он очень любил, до мебели и бытовой техники для его загородного дома. Именно благодаря ей он имел возможность часто бывать за границей – неслыханная роскошь для советского че­ловека!

Супруга ввела актера и певца в круг европейских знаме­нитостей. На Западе вышло несколько пластинок Высоцкого.

Но была еще и любимая работа, к сожалению, в разных странах, невероятная популярность, были расставания и встречи, были тысячи писем, сотни телеграмм и ночных звонков. Зачастую свои новые песни, написанные для Нее, Высоцкий пел по телефону.

Способность Владимира Семеновича работать, любить и дружить на износ, с полной отдачей, накладывалась на бешеный ритм «атомного века». Это был нелегкий, но, вероятно, самый счастливый период в их жизни. «Рабо­тать надо!» – была его любимая поговорка. Если бы он мог, он работал бы круглые сутки. Сон – 3–4 часа, осталь­ное – работа. Песни свои он писал в основном ночью. Приходил домой после спектакля и садился за работу. Марина ставила перед ним чашку с обжигающим чаем и тихо садилась в углу. Иногда она засыпала, и тогда, уже под утро, Высоцкий будил ее, чтобы прочесть строки, на­писанные за ночь.

Параллельно с работой в театре шли съемки в кино. Самая известная и самая любимая зрителями роль – Жеглов в телесериале «Место встречи изменить нельзя». Тем не менее этой роли могло и не быть... Майским вечером 1978 года на даче в Одессе Высоцкий, Влади и Говорухин собрались, чтобы обсудить сценарий будущего фильма. И вдруг Марина со слезами на глазах берет Говорухина за руку и уводит из комнаты: «Отпусти Володю, снимай дру­гого артиста!». Ей вторил Высоцкий: «Пойми, мне так мало осталось! Я не могу год жизни тратить на эту роль». «Как много потеряли бы зрители, если бы я сдался в тот ве­чер», – вспоминал Говорухин.

И действительно, персонаж получился очень реалистич­ным. Многие телезрители были убеждены, что Глеб Жеглов – не выдуманный персонаж. После показа фильма еще долго шли письма по адресу: «МВД, капитану Жеглову».

В самом конце жизни Высоцкого отношения между ним и Мариной Влади обострились. Причиной тому было увле­чение Высоцкого восемнадцатилетней Оксаной Афанасье­вой, дочерью литератора Афанасьева-Севастьянова, много писавшего для эстрады. Во время их знакомства с Высоц­ким она была студенткой Московского текстильного ин­ститута.

Говорят, сам Высоцкий называл ее своей последней лю­бовью. Впервые он увидел ее в Театре на Таганке. Сразу же пригласил на свидание. Оксана долго раздумывала, идти или не идти. Но подруга сказала ей: «Ты что? Все бабы Совет­ского Союза просто мечтают оказаться на твоем месте».

Они встретились, а на следующий день Оксана рас­сталась со своим женихом, посчитав, что лучше побыть с Володей сумели наконец остаться одни: «Долгие месяцы лукавых взглядов и нежностей были как бы прелюдией к чему-то неизмеримо большему. Каждый нашел в другом недостающую половину. Мы тонем в бесконечном про­странстве, где нет ничего, кроме любви. Наши дыхания стихают на мгновенье, чтобы слиться затем воедино в дол­гой жалобе вырвавшейся на волю любви... Всей ночи нам не хватило, чтобы до конца понять глубину нашего чув­ства».

Они встретились, а на следующий день Оксана рас­сталась со своим женихом, посчитав, что лучше побыть один день с Высоцким, чем всю жизнь с кем-то другим. Высоцкий хотел обвенчаться с Оксаной. Он наивно по­лагал, что в СССР это можно сделать без штампа в паспорте. Но оказалось, не все так просто. Наконец нашелся батюшка, согласившийся обвенчать влюбленных. Высоцкий уже купил кольца, но обвенчаться они так и не успели.

20 июля 1980 года жизнь Владимира Высоцкого не­ожиданно оборвалась. Казалось, его хоронила вся Мос­ква, хотя официального сообщения о смерти не было – в это время проходила московская Олимпиада. Только над окошком театральной кассы было вывешено скром­ное объявление о том, что спектакль не состоится, по­тому что «умер актер Владимир Высоцкий». Ни один человек не сдал обратно билет – каждый сохранил его у себя как реликвию.

За гробом народного поэта и певца шли тысячи людей. Они провожали в последний путь своего кумира. Ему, как в песне, достались слишком привередливые кони, кото­рые частенько норовили сбросить своего упрямого седока. Но он летел по жизни вместе со своей не всегда настроен­ной гитарой и хрипловатым голосом рассказывал людям о самом важном.

Он жив и сегодня, благодаря людской памяти, помня­щей по сей день его стихотворения, спектакли, киноро­ли, песни...

«Сразу после Володиной смерти я стала задавать себе вопрос: "Что случилось? Почему он умер в 42 года?". И я опять попыталась в своей книге, хотя бы частично, отве­тить на этот вопрос. Решила написать пусть горькую, но правду...» – говорила Марина. Так родилась книга «Вла­димир, или Прерванный полет». В ней Влади рассказала о 12 годах любви и страданий, необходимости разрываться между желанием быть рядом с мужем, оберегать его от пагубной страсти и стремлением продолжать собственную профессиональную карьеру на Западе, об отъездах и воз­вращениях, несхожести привычек и быта.

Марина Влади до сих пор считает себя вдовой Высоц­кого. В память о нем она хранит первую книгу его стихов «Нерв», фотопортрет, на котором он снят стоящим в про­филь над горящей свечой, и, конечно же, его песни – Марина Владимировна разыскала и переписала все, что он пел когда-либо в театре, кино, на телевидении, в концертах и в кругу близких людей. Только вот слушать эти записи Марина Владимировна не может. «Прошло столько лет, – рассказывает она, – а я не могу спокойно говорить Володе, спокойно смотреть его фотографии... и не могу слышать его голос, когда его уже нет в живых. Для меня это невыносимо».

Правда, после смерти Высоцкого в ее жизни появился другой человек – Леон Шварценберг, известный онколог и правозащитник. Вместе с ним Марина пыталась помочь смертельно больному Андрею Тарковскому, но, к сожале­нию, безрезультатно, недуг к тому времени зашел уже слишком далеко.

У Влади трое взрослых детей, и все они разлетелись по белу свету. Старший, Игорь, обосновался на Гаити. Средний, Петр, профессиональный музыкант, гитарист и балалаечник, живет на юге Франции. А младший, Вла­димир, отправился в Южную Америку, где занимается скотоводством. Там же живет и внучка Ванина. Были еще две внучки, от старшего сына, но они погибли в автокатастрофе, а сын выжил лишь чудом. Такая вот судьба.

Во Франции Марина Влади известна как писатель. На авантитуле ее последней, изданной в 2005 года автобио­графической книги «24 кадра в секунду» перечислены все предшествовавшие этой книге произведения актрисы-пи­сательницы: «Владимир, или Прерванный полет», «Сказки для Мелицы», «Венецианский коллекционер», «Путеше­ствие Сергея Ивановича», «Бабушка», «От сердца – же­лудку» – кулинарные истории и рецепты, «Мой вишне­вый сад». Все книги вышли в издательстве «Файяр» – одном из самых уважаемых во Франции.

Сама Марина Влади все еще хороша собой. После смерти Леона Шварценберга она живет в Париже, на вершине Монмартра. Дом, по ее словам, чисто русский, полный никчемных безделушек, с которыми невозможно расстаться. Там, в этом доме, актриса пару лет назад закончила работу над седьмой по счету книгой под названием «Мой вишне­вый сад». В основе повествования лежит судьба четырех поколений семьи Поляковых-Байдаровых-Влади, которые переплетаются с судьбами персонажей «Вишневого сада» Чехова.

На русский язык переведена лишь книга-воспомина­ние о Владимире Высоцком. Она выходит у нас тираж за тиражом, спрос не снижается. И кстати, не правы те, кто считает Высоцкого сугубо российским национальным по­этом, интересным лишь для нас: «Прерванный полет» пе­реведен на основные европейские языки, издан в семна­дцати странах.

© Все права защищены.

Читайте также:

Если Вам нравится, поделитесь с друзьями:



ВходРегистрация