Фемицид что это такое
Что такое детоксикация
Что такое детоксикация
Что такое детоксикация организма?
Для чего нужна детоксикация организма
Показания для проведения детокса
Детоксикация – это процесс очищения организма от различных токсических веществ и первый шаг на пути к здоровой жизни без алкоголя и наркотиков.
Зависимость от алкоголя или наркотических веществ – это недуг, оказывающий разрушающее воздействие на психику и все органы человека, но, когда больной осознал и признал наличие болезни, ему требуется наркологическая помощь. Лечение зависимости начинается с детоксикации организма, без которой невозможны дальнейшие лечебные мероприятия, спасающие жизнь человеку.
Причин, по которым нужно провести детоксикацию много и все они относятся к жизненно важным, поэтому не стоит пренебрегать данной процедурой:
Также процедуру проводят при синдроме отмены, но и не только при выраженной интоксикации. Для уменьшения проявлений тяги к употреблению детокс применяют на любой стадии болезни, искусственно помогая организму выводить отравляющие вещества. Главной целью детоксикации на данном этапе является сокращения абстинентного синдрома или ломки. Для нормализации работы внутренних органов необходимо как можно скорее вывести из организма все шлаки и токсины, так как это способствует ускорению выработки защитных ферментов, которые ускоряют выздоровление.
Главная цель детоксикации – это улучшение физического состояния пациента, уменьшения тяги к употреблению, которая является на данный момент для человека жизненно важной. Далее к лечению зависимости подключаются психологи, которые помогают преодолеть тягу на психологическом уровне. Данный комплекс лечебных мероприятий помогает достичь пациенту стойкой пожизненной ремиссии.
По всей Москве и области
Вызов нарколога от 4500 ₽
22 Дежурных экипажа детоксикации
Купирование тяги к спиртному
Защита сердца и печени
Снятие волнения и тревоги
Применение ноотропов
Устранение болевых ощущений
Восстановление плазмы крови
Этапы и методы детоксикации
Основные фазы и виды детокса, применяемые в клинике «Наркология №1»
Выделяют 2 основные фазы детоксикационной терапии:
Методы детоксикации напрямую зависят от тяжести интоксикации резидента клиники. Врачи клиники «Наркология №1» для каждого пациента подбирают индивидуальную программу очищения организма. Перед началом процедур у больного производят забор крови, чтобы полностью оценить тяжесть интоксикации. В определенных случаях детоксикационную терапию нужно проводить исключительно в клинике, чтобы у пациента не было возможности вернуться к употреблению, но в некоторых ситуациях целесообразно проводить процедуру дома. Здесь все зависит от состояния больного, степени выраженности интоксикации и настроя пациента на выздоровление.
Выделяют 2 способа детоксикации:
Наш организм – это уникальная система, которая обладает системой утилизации токсинов. Выводятся отравляющие элементы через кишечник, почки, кровеносную систему и потовые железы. В естественную детоксикацию включено промывание желудка, назначение слабительных и мочегонных лекарств. Этот метод показывает высокую эффективность при алкогольной интоксикации, по завершении которого пациенту рекомендуют здоровое питание, витаминные комплексы, прогулки на свежем воздухе и повышенные физические нагрузки.
Продолжительность естественной детоксикации составляет от 1 до 3-х недель. Организм самостоятельно регенерирует все процессы на начальных этапах болезни, но при продолжительном приеме алкогольной продукции или наркотических веществ клетки печени просто не справляются с повышенной нагрузкой, и естественная детоксикация не приносит желаемого результата.
В данном случае врачи клиники «Наркология №1» применяют искусственную детоксикацию в зависимости от общего самочувствия больного, наличия противопоказаний и продолжительности употребления:
Медикаментозная детоксикация – это внутривенное инфузионное введение препаратов, способствующих скорейшему выведению из организма отравляющих веществ и восстановлению защитных функций организма. По завершении процедуры у пациента нормализуется общее состояние и уменьшается проявление абстиненции.
Экстракорпоральная детоксикация – это более радикальный метод выведения отравляющих веществ из организма, которая проводится несколькими способами:
Комбинация методов дает возможность добиться более быстрого и эффективного результата. На фоне детоксикационной терапии также проводят общеукрепляющее лечение, которое нормализует работу всех органов и систем организма, что приводит к улучшению самочувствия пациента и нормализации сна.
Способ биологической очистки основывается на использовании природных способов, без назначения химических препаратов. Больному прописывают витаминно-минеральные комплексы, посещение бани для повышения потоотделения и повышенные физические нагрузки. После завершения курса детоксикации пациент уже не чувствует сильной тяги к употреблению.
Почему женщин убивают?
Термин «фемицид» в мире активно используют уже более полувека. Политизировала его американская феминистка Диана Рассел в 1976-м году, определив фемицид как убийство женщины потому, что она женщина. В этом контексте термин уже использовался в радикальных текстах, особенно после убийства сестёр Мирабаль в Доминиканской Республике. Патрия, Минерва и Мария Тереза Мирабаль были активистками, символами правозащитного движения в Латинской Америке. Они были убиты 25 ноября 1960-го года. В память о них каждый год с 25 ноября по 10 декабря (день прав человека) проводят акцию «16 дней против гендерного насилия». К этой акции уже присоединились 187 стран, в том числе и Россия.
И всё же самое широкое распространение термин получил в начале нашего века. Всё началось с Мексики.
Город Сьюдад-Хуарес, что в Мексике на границе с США в девяностых годах прошлого века держал первенство по количеству убийств и считался самым опасным городом в мире. При этом он быстро развивался и рос: после принятия Североамериканского соглашения о свободной торговле здесь стали массово открываться новые производства, что привлекало в город новых жителей. В сборных цехах на границе работали в основном молодые женщины. Именно они гибли в первую очередь. Полиция Мексики расследованием убийств и похищений не занималась.
В 2009-м году государство Мексика было признано виновным в неспособности защитить своих гражданок. В испаноязычном мире появился лозунг Ni una mujer menos, ni una muerte más («Ни одной женщиной меньше, ни одной смерти больше»). Антифемицидное движение захватило латинамериканский мир.
– Миллионы женщин – и это не какая-то фигура речи – стали бороться за свои права, – объясняет Любава Малышева. – В 2014-м году был принят Латиноамериканский модельный протокол по расследованию гендерно мотивированных убийств. Были приняты законы, направленные против убийства женщин на почве ненависти к ним. За подобные убийства стали давать сроки, сопоставимые с пожизненными. И это стало работать. А у нас, в России, где гибнут тысячи женщин, никто не знает слово «фемицид».
 |  |  |
| Елена Маликова, 37 лет, Саратов. Убита интимным партнёром 27-28.06.2018 | Лиза Киселёва, 9 лет, Саратов. Убита рецидивистом 9.10.2019 | Екатерина Коптелова, 18 лет, Саратов. Убита другом детства и поклонником 20.9.2019 |
 |  |  |
| Наталья Платунова (Кострюкова), 35 лет, Саратов. Убита 28.5.2019 | Лилия Макарова, 55 лет, Саратов. Убита сожителем 25.1.2019 | Кузьмич Татьяна Романовна, 22 года, Саратов. Убита 12.11.2020 |
 |  |  |
| Оксана Зайчикова, 41 год, Энгельс. Убита мужем 13-14.09.2020 | Наталья Козлова, 40 лет, Саратов. Убита сожителем 8.1.2020 | Мария Мальцева, 24 года, Саратов. Убита бывшим сожителем 25.11.2021 |
Фемицид в России
Российский «счётчик фемицида» появился случайно. Любава Малышева живёт в Барселоне с 2017 года.
Согласно счётчику, который Любава стала вести сама, в 2019-м году в России было убито 1759 женщин, в 2020-м – 1682, в 2021-м – на момент написания текста – 1210. При этом Малышева подчеркивает, что этот счётчик фиксирует только те убийства, которые попали в новостные ленты. Большинство случаев подтверждены сообщениями Следственного комитета, МВД, прокуратуры.
Коэффициент фемицида позволяет сравнивать ситуацию в разных странах. Это количество убитых женщин на 100 тысяч женщин. В России коэффициент новостного фемицида (то есть рассчитанный по новостям) не менее 2,2 по стране и до 12 в регионах. Интимный фемицид – убийство женщины партнёром, с котором она состоит или состояла в интимных отношениях, выше 2.0 (до 8 в регионах).
– Надо учитывать, что в нашу статистику не попадает «серый» сектор: это так называемые «убийства чести», убийства нелегальных мигранток, женщин, вовлеченных в проституцию и т.п, – объясняет активистка. – Всего масштаба фемицида мы себе представить не можем.
Любава Малышева
Например, случай, не попавший в СМИ: не так давно среди правозащитников, помогающих мигрантам, разошлась история: 18-летняя девушка из Кыргызстана была изнасилована и убита своим нанимателем и его друзьями. Она работала няней в семье из Подмосковья. Мать детей уехала, а няню попросили остаться с детьми на ночь. В эту же ночь отец позвал в гости своих друзей. Когда девушка уложила детей спать, мужчины попросили её выпить с ними. Она отказалась. Утром её труп в синяках и со следами изнасилования нашли на улице. Полиция якобы отказалась возбуждать уголовное дело по факту убийства, поскольку убитая не заключала с семьёй официальный трудовой договор.
Малышева подчеркивает, что при ведении статистики важно учитывать специфику региона и уровень свободы прессы. Например, самым низким коэффициент новостного фемицида будет в регионах Кавказа, где со свободой у прессы проблемы. Но там до сих пор распространены «убийства чести», которые остаются безнаказанными.
Второго декабря стало известно, что в Ингушетии суд оставил на свободе Магомедбашира Могушкова, который зарезал свою сестру, чтобы «смыть позор с семьи».
Слайд с сайта wmmsk.com
Счётчик фемицида Любава ведёт одна.
– Я занимаюсь этим несколько лет, – говорит Малышева. – В каждой стране есть группа женщин, которые считают фемицид. У каждой группы своя риторика, определение, критерии подсчёта. Например, я не считаю, что интимный фемицид – это убийство только интимным партнёром. Я отношу в эту категорию убийства знакомыми мужчинами, теми «защитниками», которых мы привыкли поздравлять 23 февраля. Хотя отдельно в статистике есть структура таких убийств. При этом убийства незнакомцами часто совершаются на интимной почве – их мне тоже трудно отделить от интимного фемицида. Но любой, кто не согласен с моей методикой подсчёта, может пересчитать всё сам: таблица открытая.
Исходя из анализа данных, который приводит в своей лекции Малышева, самую большую опасность для женщины представляют интимные партнёры – как нынешние, так и бывшие. А также знакомые, близкие родственники, сыновья и внуки. Наиболее частый метод убийства – избиение до смерти, на втором месте – гибель от ножа, на третьем – удушение. (в США, замечает Малышева, женщины чаще гибнут от огнестрельного оружия).
«Если вас вообще когда-нибудь убьют, с огромной вероятностью это произойдёт у вас дома или дома у вашего интимного партнера» – говорит активистка в своей лекции. Чаще всего женщин убивают дома. На улице – по дороге на работу, с работы, и т.п. гибнет на порядок меньше женщин.
Гарри Поттер и язык ненависти
– Сейчас мы на крауд-платформе собираем деньги на постановку оперы «Журналистка», – говорит Малышева. – Чтобы попытаться средствами культуры объяснить, как то, что пишут журналисты, влияет на нашу жизнь. К сожалению, журналисты сами не верят в то, что их слова могут влиять на общество. Как если бы Гарри Поттер сел печально, руки опустил и сказал – нет, я не волшебник, даже пробовать не стану. Хотя у него на лбу написано предназначение. И у журналистов так. Непримиримость и чувство правды никуда не денешь. А словом можно изменить мир.
Слайд с сайта wmmsk.com
Малышева проанализировала 143 новости о фемициде за январь 2020-го года. Подавляющее большинство из них содержали обвинение жертвы и позиционирование проблемы как локальной. Не было в заметках и истории предшествующего насилия. Позитивные фреймы, такие как голос близких, позитивное описание личности и жизни жертвы, указание на глобальность проблемы, практически нигде не встречались. Не было также информации о помощи жертвам насилия. Термин «фемицид» не употреблялся.
– Почему-то в России ни власти, ни журналисты, ни феминистки не любят и не используют термин «фемицид», – удивляется Малышева. – Собственно все они считают, что нет никаких критериев убийства женщин на почве ненависти, и не видят за отдельными убийствами системной проблемы. Хотя это системная проблема. А критерии фемицида есть, и они не мною выдуманы.
На сайте Московского женского музея выложены рекомендации ООН о том, как нужно подавать новости про фемицид, чтобы избегать роста подобных преступлений. И здесь громкий кричащий кликбейт должен уступить место спокойному взвешенному слову.
– Информация о фемициде важна так же, как важна информация о принимаемых новых законах, – объясняет Малышева. – Но когда в газете публикуется тот или иной закон, никто не ждёт, что все будут его массово кликать, читать и комментировать. Есть более-менее нормализованная пресса, в которой не используют фото окровавленных рук, ножей, частей тела, трупа жертвы, у которых ровные, неэмоциональные заголовки. Может быть, у них есть достаточно денег, чтобы позволить себе не хайповать. Но чем дальше ты уходишь от Москвы в регионы, тем печальнее картина. Редакции делают совершенно неприличные вещи, чтобы привлечь к себе на страницы читателей. Если писать текст по заголовкам, получится стендап шоу. В заголовках появляются Отелло, Леди Макбет, Раскольников этот несчастный, которые кочуют из новости в новость.
Слайд с сайта wmmsk.com
Примеры удачных и неудачных заголовков можно найти в рекомендациях «Как писать про фемицид».
Изображения так же, как и слова могут легитимизировать преступления. В Мексике, приводит пример Малышева, тысячи женщин вышли на улицы, когда в одном из мексиканских СМИ была опубликована леденящая кровь фотография жестоко убитой Ингрид Эскамилья. Они требовали убрать изображение, потому что оно непременно вызовет новые убийства.
– Любое изображение, которое должно испугать, шокировать человека, привлечь внимание страхом, так и действует, – объясняет Малышева. – Любая женщина понимает, что и с ней так могут обойтись. А мы должны объяснять, что женщина – неприкосновенна.
Как это работает?
– Если бы я своими глазами не видела, что антифемицидная политика реально работает на сокращение количества убийств женщин, я бы этим не занималась, – говорит Любава Малышева. – Когда я только переехала в Барселону, количество фемицидных убийств в Испании было около 100 в год. В 2021 году сайт приводит цифру 76.
В Испании антифемицидная программа работает десятилетия. В Барселоне, которая является центром феминистского движения, символы безопасности территории есть буквально везде. Наклейка в баре «без мачистского насилия», плакаты на улицах, которые развешивает мэрия «Зона без насилия», граффити «нет мачистскому насилию». Женщины из соседних домов собираются в соседские группы в мессенджерах, патрулируют кварталы на предмет безопасности, оценивают безопасность улиц, помогают тем, кто нуждается в помощи. Несколько раз в год в Барселоне проходит общегородская демонстрация феминисток, районные демонстрации проходят во время громких преступлений. Каждый месяц на ступенях мэрий читают имена убитых женщин.
Слайд с сайта wmmsk.com
– Активистки публикуют доклады, где сравнивают уровень фемицида в стране по областям, – рассказывает Малышева. – Для меня эти цифры звучат как фантастика: «за год в нашем регионе произошло 17 убийств». И я думаю, что да, так и должно быть. Убийство гражданина страны – это кошмарно. Это значит, что государство со своей задачей охраны жизни не справилось. И ужасаться любому убийству – правильно. Самое ужасное, что нам, выходцам из России, трудно бывает это понять.
Во Франции активистки стали привлекать внимание к жертвам фемицида просто наклеивая имена убитых женщин на стенах домов с упорством, достойным восхищения. Акция в конечном итоге привлекла внимание властей.
В Канаде из госбюджета финансируется антифемицидная обсерватория, тратятся огромные деньги на исследования влияния медиа на фемицид. Университетская группа для изучения фемицида есть в Италии. И там тоже постоянно снижается уровень гендерно мотивированных убийств.
Саратовские перспективы
По мнению Малышевой, в Саратове есть потенциал к тому, чтобы начать развивать антифемицидное движение. На вопрос «Почему?» она отвечает просто:
– Дело Лизы Киселёвой, конечно. Оно дало огромный резонанс. Люди самоорганизовались, стали бороться на доступном им уровне – стали требовать безопасных подходов к школам, сноса гаражных кооперативов. Хотя причины убийства девочки более глобальны.
Слайд с сайта wmmsk.com
В Саратове есть журналисты, которые не боятся слова фемицид. И, по мнению Малышевой, не до конца задушена пресса. Жертвы громких убийств имеют имена и лица. Их истории не только цифры и статистика, это истории реальных женщин.
– Когда люди читают реальную историю, это меняет их взгляд, – говорит активистка. – кроме того, многие саратовские издания писали про мой доклад «Слово года – фемицид». Я думаю, что если найдется лидер, то антифемицидная организация вполне может вырасти на уровне региона.
В странах Запада, и в странах Азии, а так же в Индии и в Африке есть солидарные антифемицидные группы. Сразу сотни женщин работают над тем, чтобы искоренить язык ненависти и сделать безопасной жизнь женщин. Любава Малышева делает «Счётчик фемицида» одна.
– В октябре 2021 года приглашали на Международную конференцию FiLiА в Великобританию, в Портсмут – говорит Малышева. – Там проходила антифемицидная лекция, где выступали представительницы фемдвижений из Индии, Зимбабве, Великобритании, других стран мира. И всем им было интересно узнать о ситуации в России, после ко мне подошли все участницы, так или иначе связанные с Россией, чтобы поблагодарить за выступление. Попросили статью для журнала. В ноябре я выступала на международной онлайн-конференции, организованной немецкой антифемицидной группой. В феврале буду участвовать в антифемицидной конференции, которую делает крупнейшая феминистская организация Франции. Пишу главу о России в международный справочник о фемициде.
И вот это у меня не укладывается в голове: британкам, немкам, француженкам, канадкам российская ситуация важна, а нам – нет. Ты разговариваешь на эту тему с русскими, а им всё равно. Тут цветёт обесценивание жизни, непонимание того, что такое права человека, несолидарность женщин. И это очень грустно.
Мужчины убивают женщин. Проблема фемицида в мире и России
Фемицид – это гендерно мотивированные убийства женщин и девочек. Основательница Ассоциации женщин-судей Испании Люсия Авилес утверждает, что в мире нет ни одного государства, в котором была бы решена проблема фемицида.
Сам термин появился в 1801 году в книге британца Джона Корри для обозначения совращения девственницы женатым мужчиной. Затем «фемицид» периодически возникал во время некоторых судебных процессов, упоминался в радикальных текстах, особенно после убийства сестёр Мирабаль. Повсеместную известность термин получил в последние 50 лет.
Ситуация получила международную известность, состоялись суды, и в 2009 году государство Мексика было признано виновным в неспособности защитить своих гражданок. Межамериканский суд по правам человека обязал провести новое расследование, создать национальный мемориал, выплатить компенсации семьям жертв и принять меры для прекращения убийств.
Феминистки играли в этом политическом процессе против фемицида главную роль. В 1997 году мексиканская феминистская исследовательница Марсела Лагард прочитала работы Дианы Рассел и написала собственный текст о гендерной идентичности и правах человека. Упомянутая в работе концепция фемицида, включающая не только сам факт убийства, но совокупность процессов, приводящих к смерти, захватила идейный испаноязычный мир. Одна за одной стали выходить книги исследовательниц фемицида из Коста-Рики, Мексики, Аргентины, Доминиканы, Панамы, Никарагуа, Гватемалы. В 2005 году Марсела Лагард лично встретилась с Дианой Рассел и перевела её книгу на испанский. При этом возник параллельный термин «феминицид». Феминицид по Лагард – понятие, которое учитывает политическое бездействие властей во время гендерных убийств. Рассел считала, что уточнение только добавит путаницы в и без того трудную для понимания патриархального обывателя тему.
Мексиканская поэтесса и журналистка Сусанна Чавес добавила слова «Ни одной женщиной меньше, ни одной смертью больше» в свой поэтический текст. 6 января 2011 года Сусанна была убита, и это стало каплей, опрокинувшей чашу женского терпения. Строчка из стихотворения стала всемирным символом борьбы против насилия над женщинами.
Миллионы латиноамериканок и испанок написали на транспарантах Ni una menos, начали объединятся во всемирное движение, изучать структуру фемицида, издавать книги, просвещать угнетенных и синхронно выходить на улицы, требуя у правительств своих стран соблюдения прав женщин.
В 2016 году аргентинские ученые Хулиан Петрулевичус и Педро Гуттиерес отреагировали на перемены в обществе и назвали ископаемую стрекозу, найденную в провинции Ла Риоха Tupacsala niunamenos. Слово Tupacsala составлено из имен борцов с колониализмом Túpac Amaru II и Milagro Amalia Ángela Sala, борцов с колониализмом.
Аргентинская феминистка Наталия Мадерна переделала известную абьюзерскую песню Despacito, так появился еще один гимн против мачизма:
В 2015 году Колумбия последовала за 16 латиноамериканскими странами, ужесточившими наказание за фемицид: насильнику теперь угрожало от 250 до 500 месяцев тюремного заключения. Новый закон был назван в честь Розы Эльвиры Чели, изнасилованной и убитой в парке Боготы в мае 2012 года. Убийца Чели был осужден на 48 лет. К моменту принятия закона в первые два месяца года в Колумбии было убито 126 женщин, большинство из них – молодые девушки.
Вот хроника радикализации законодательства о насилии над женщинами или появления законов о фемициде: Чили (2010), Мексика (2011), Аргентина (2012), Боливия (2013), Венесуэла (2014), Перу (2015–2016), Парагвай (2016), Бразилия (2017). Срок, который получают убийцы-мизогины, в Парагвае, Уругвае и Боливии достигает 30 лет, в Сальвадоре и Мексике – 20–50 лет. В Парагвае, кроме того, есть Министерство по делам женщин.
Общеевропейская коалиция по борьбе с фемицидом работает со статистикой 20 стран. В США, Канаде и странах Латинской Америки имеются многочисленные организации, изучающие и искореняющие фемицид. Законы о насилии над женщинами, принятые в США и развитых европейских странах, не всегда содержат слово «фемицид», но довольно суровы и позволяют женщинам защититься от насилия любого уровня.
В 2014 году была переведена на русский часть информационного бюллетеня ВОЗ о гендерном насилии.
С 2015 года ООН пытается организовать всемирную сеть мониторинга и противодействия фемициду.
В 2017 году в Грузии началась кампания за принятие закона о фемициде.
В 2018 году о проблеме предотвращения фемицида в Албании заговорили на государственном уровне. Шалве Вайль действует для принятия закона о фемициде в Израиле, Косана Бекер создает систему противодействия фемициду в Сербии. Европейский совет езидских женщин призывает сделать 3 августа Международным днем действий против фемицида.
Благодаря сайту feminicidio.net, который создала активистка аргентинского происхождения Graciela Atencio, мы знаем, сколько испанок было убито мужчинами в 2018 году – 97 (официальная цифра 49). Больше всего преступлений совершено в Андалузии и Каталонии. С начала 2019 года убито еще 14 женщин. Сайт исследует структуру смертности по возрасту, регионам, национальности, профессии, социальному статусу жертв, характеру взаимоотношений с убийцей, проводит временной и географический анализ, мониторит ситуацию в испаноязычных странах.
Правозащитники из разных городов Испании выходят на улицы после каждого убийства, устраивают ежемесячно дни памяти около правительственных учреждений – зажигают свечи и зачитывают имена жертв, проводят концерты и акции с участием музыкантов, художников, актеров. Крупные медиа подвергаются общественной критике, если каким-то образом нарушают формирующийся антифемицидный этический кодекс – например, вместо «убитые» используют другие слова, например, «погибшие» или «умершие».
В Википедии десять статей о фемициде, из них одна англоязычная, еще шесть написаны тесно связанными с испанским женским движением активистками. Русская статья была создана волонтёром после публикации текста «Коза отпущения, или Как великие русские писатели убивали женщин», где, в частности, говорилось:
«В России нет ни официальной статистики по фемициду, ни независимых, мониторирующих именно эту проблему, организаций. ООН призывает Россию собирать подобную статистику, но морг и ныне там. Жертвы фемицида оказываются спрятаны за общими коэффициентами смертности, процентами преступлений особой тяжести, числами умышленных убийств и преступлений. Таблицы под названием «Состояние преступности в Российской Федерации» или «Внешние причины смерти» создают иллюзию работы с ничем не подтвержденными цифрами и не говорят про структуру гендерного насилия. Молчат про убийства на гендерной почве и авторы доклада МВД «Статистика преступности (январь – ноябрь 2018 года)». Русскоязычной статьи про фемицид в Википедии вообще нет. В России никто не устраивает регулярных акций протеста с вычитыванием имён убитых, не проводит нон-стоп акции против фемицида на низовом и на государственном уровне. «
1 февраля 2019 года мы с Екатериной Бахреньковой сами начали собирать статистику по России, сделали таблицу и группу «Нет фемициду».
С первых же шагов стали очевидны колоссальные различия между местной и американской/европейской ситуацией. Это касалось всех уровней: социального, семейного, экономического статуса жертв, метода убийства, отношения государства и СМИ к проблеме, числа криминальных смертей, уровня психопатологии среди убийц, безнаказанности насильников-рецидивистов. Оказалось, в России по-прежнему очень распространены «убийства чести», и это касается не только кавказских республик. За нарушение сексуальной морали можно оказаться и на московском кладбище.
Сайты СК России наполнены неструктурированными новостями, поиск по ним затруднен, и лишь малое число убийств женщин удостаивается упоминания. Мы брали некоторые случаи с сайтов СК, но они, вместе с найденными официальными подтверждениями обычных новостей, пока составляют только около 10% наших данных. С другой стороны, сообщая про убийства, почти все российские журналисты ссылались или на СК, или на МВД, или на приговор суда, или на конкретного представителя власти.
Мы решили написать запросы в СК и МВД от различных женских организаций. Также мы подумали, что интересно было бы взглянуть на статистику гражданских поисковых групп. В «Лиза Алерт» не знали слова «фемицид» и отказались предоставить статистику с такой формулировкой: «Мы не занимаемся оценкой причин гибели наших пропавших и не фиксируем обстоятельства гибели».
Мы предполагали, что будем обнаруживать 2–3 новых убийства в день, но иногда эта цифра доходила до семи. Мы добавили в таблицу 434 случая фемицида за 2018 год (когда мы отследим новости по приговорам и розыску пропавших, цифра будет в несколько раз выше). За первые два месяца 2019 года медиа опубликовали новости о 166 фемицидах. Это действительно огромное число. За тот же период в Испании, население которой в три раза меньше населения России, зарегистрировано всего 14 случаев фемицида. Различие почти в 12 раз, притом что цифра не окончательная.
Данные про изнасилования в процессе убийства в России имеются не всегда. Если такая информация появляется в новостях, то это обычно касается определенных групп жертв (дети, молодые женщины, жертвы сумасшедших). Есть мнение, что если речь идет про интимного партнёра, то на изнасилование никто внимание не обращает, его по умолчанию считают добровольным половым актом, и расследуется только убийство.
Самое опасное место для женщины в России – это её дом, даже если это не общий дом с убийцей. Большая часть женщин убивается мужчинами – интимными партнерами, случайными посетителями или соседями или в доме жертвы, или в подъезде, или около подъезда. На втором месте – жилище или автомобиль убийцы.
Страшилки, которые мы слышим со всех сторон, – мигранты-убийцы, лесные маньяки, убийцы проституток – это единичные случаи, не они делают статистику российского фемицида. О большинстве преступников соседи говорят: «Это был отличный парень, никогда бы не подумал, не верю, что он на это способен».
Точно так же, как в случае с описанием самоубийств матерей с детьми, при создании статей о фемициде журналисты должны придерживаться определенного стиля. Нельзя писать в веселой или саркастической манере, экзальтированно расписывать интимные детали взаимоотношений жертвы и убийцы, всегда надо помнить, что публикация может травмировать родственников и знакомых жертв.
Антифемицидное мировоззрение постепенно изменяет менталитет медийного и культурного сообщества в целом, в современных произведениях искусства изменяется интонация, когда речь заходит о насилии над женщинами. Шутки про изнасилования или избиения женщин не вызывают былой реакции зала, низкий уровень гендерной культуры перестаёт быть смешным. Не говоря уже о том, что появилась мировая индустрия женского стендапа, мужской стендап – даже российский – постепенно меняется.
1 марта 2019 года в Барселоне, в здании первой европейской женской библиотеки состоялась презентация юридического доклада «Фемицид в Каталонии 2017». Президент Единой платформы против гендерного насилия Монтсеррат Вила Планас объяснила, что эти убийства совершаются из-за нормализации насилия в повседневной жизни – например, домогательств на улице и на работе. Фемицид – высшая степень насилия против женщин. По мнению Планас, уменьшению количества насилия над женщинами будет способствовать изучение проблем гендерного равноправия детьми с самого раннего возраста.
Любава Малышева – одна из основательниц Московского женского музея