Теория генетического превосходства что это
Супремасизм
Австралийцев · Азербайджанцев · Американцев · Англичан · Арабов · Армян · Грузин · Евреев · Игбо · Индийцев · Иранцев · Ирландцев · Итальянцев · Кавказофобия · Канадцев · Каталонцев · Китайцев · Малайцев · Мексиканцев · Немцев · Пакистанцев · Поляков · Португальцев · Румын · Русских · Сербов · Славян · Турок · Украинцев · Французов · Цыган · Шотландцев · Японцев ·
Атеизм (англ.) русск. · Бахаи (англ.) русск. · Католичество (англ.) русск. · Христианство · Индуизм · Иудаизм · Мормонизм · Ислам · Неоязычество · Протестантизм · Новые религиозные движения
Антидискриминационные
Эмансипация · Гражданские права · Десегрегация · Интеграция · Равные возможности
Противодискриминационные
Позитивная дискриминация · Расовая квота · Резервация (Индия) · Репарация · Forced busing · Равенство в трудоустройстве (Канада)
Дискриминационные законы
Антимиссегенация · Антииммиграция · Законы об иностранцах и подстрекательстве к мятежу (англ.) · Законы Джима Кроу · «Чёрные кодексы» · Законы об апартеиде · Ketuanan Melayu · Нюрнбергские расовые законы
Антидискриминационные законы
Антидискриминационные действия · Антидискриминационный закон · 14-я поправка (США) · КДО · КЛРД · КЛДЖ · МКПНПА · КПИ · Конвенция МОТ № 111 (англ.) · Конвенция МОТ № 100 (англ.) · Протокол № 12 к ЕКПЧ (англ.)
Видовая дискриминация · Непотизм · Панибратство · Колоризм · Лингвицизм · Этноцентризм · Супремасизм · Триумфализм · Экономическая дискриминация
Супремасизм — убеждение, что определённые раса, вид, этническая группа, религия, пол, сексуальная ориентация, система верований или культура превосходит другие и даёт право тем, кто отождествляется с ними, доминировать, контролировать или управлять теми, кто не отождествляется.
Содержание
Гендерный
Расовый
В начале 20-го века и до конца Второй мировой войны — эпохи Сёва — пропаганда Японской империи использовала старую концепцию Хакко Ичиу чтобы поддержать идею о том, что японцы были высшей расой, призванной управлять Азией и Тихим океаном. Многие документы, такие как Кокутай, Shinmin no Michi и исследование мировой политики с японцами в качестве центрообразующей нации упоминаются в связке с концепцией расового превосходства японцев.
В течение 1930-х и 1940-х годов, Нацистская партия Адольфа Гитлера проповедовала существование Арийской расы господ, и путём завоеваний пыталась создать в соответствии с этой концепцией империю по всей Европе. Нацистская партия вместе с их японскими союзниками составляла крупный сегмент „Стран оси“ во время Второй мировой войны.
Религиозный
Другие формы супремасизма
Существуют и другие виды предрассудков, утверждающих превосходство людей, обладающих тем или иным признаком:
Теория генетического превосходства что это
Sharon Moalem. The Better Half. On the Genetic Superiority of Women. Farrar, Straus and Giroux, 2020. Contents
В одном из российских издательств готовится перевод книги о том, что женщины — это лучшая половина человечества, причем по праву рождения. Два больших икса на обложке английского издания недвусмысленно намекают, что превосходство это обусловлено двумя X-хромосомами — молекулами ДНК, определяющими биологический пол человека.
Выглядит многообещающе, тем более что автора, судя по имени, тоже легко принять за женщину — некую Шэрон Моалем. Феминистская литература с уклоном в биологию? Интересно. Вот только кого здесь имеют в виду под женщинами и почему они составляют добрую половину людей? Куда подевались трансгендеры, интерсексы и все, кого не получается уместить в привычные бинарные рамки — и биологические, и психологические? Кажется, чтение «The Better Half» предвещает немало возмущения и мысленных споров с автором.
Однако быстро выясняется, что книга, воспевающая женщин, написана мужчиной, а феминистка Шэрон — самый настоящий Шарон, медик, генетик и автор научно-популярных книг одновременно (но и феминист, пожалуй, тоже). Более того, произведения Моалема уже выходили на русском языке, одно из них («Survival of the Sickest») — даже дважды под разными названиями («А что, если они нам не враги? Как болезни спасают людей от вымирания» и «Выживает слабейший. Как болезнь работает на эволюцию»). И про пол Моалем тоже уже писал в книге «Как работает секс», хотя немного в другом ключе, с упором на сексуальную жизнь.
Дальше следует главное разочарование: никаких споров по поводу того, кто такие женщины, в книге нет, а есть только один биологический тезис на уровне базовой программы для старшеклассников. По Моалему, женщины — это те люди, у которых в каждой клетке организма (кроме половых, конечно) по две X-хромосомы, но нет ни одной Y-хромосомы — чисто мужского атрибута в случае нашего вида. В такой системе нет места гендерам, но и нестандартные генетические ситуации вроде одинокой X-хромосомы (X0, синдром Тернера ) или избытка «иксов» при наличии «игрека» (XXY и подобное, синдром Клайнфельтера ) не учитываются.
Моалем считает, что наличие двух X-хромосом вместо одной дает женщинам некоторые медицинские преимущества, которые в первую очередь касаются продолжительности жизни и устойчивости к некоторым болезням. На двух X-хромосомах больше способствующих этому генов, чем на одной, поэтому женщины превосходят мужчин. Вот, собственно, и все.
Слагаемые «The Better Half» вполне шаблонны для американского научпопа от автора с десятком книжных наименований в багаже. Возьмите необычную идею, добавьте подтверждающих ее научных примеров и крутите на паре-тройке сотен страниц как одинокую простыню в барабане стиральной машины. Чтобы подкрасить эту простыню, можно как бы случайно подбросить к ней несколько пар разноцветных носков — описаний случаев из собственной жизни, которые, если уж по-честному, с этой идеей не связаны. Ну ничего, сторителлерский талант автора как-нибудь притянет их к основной мысли текста.
В книге шесть глав, пять из которых воспевают генетические преимущества биологических женщин, а шестая, последняя, убеждает читателя в том, что людей с XX- и XY-хромосомами нужно лечить по-разному. Все главы начинаются однотипно. Сперва Моалем рассказывает историю либо какого-то из своих пациентов / объектов исследования, либо относительно популярного и незаурядного персонажа новой истории западного мира (в какой-то момент набор этих персонажей начинает напоминать список героев подкаста Stuff You Missed in History Class ). Потом — через пять или двадцать страниц, где как повезет — дается название гена-компонента X-хромосомы, с которым, скорее всего, у мужского персонажа были проблемы, а у женского — нет. Дальше следует вывод: вторая X-хромосома удлиняет жизнь, защищая от такого-то заболевания.
Действительно: мужчины в среднем физически сильнее и выносливее (редкие любительницы ультрамарафонов не в счет), они обычно крупнее и смелее, и их тела могут содержать меньший процент жира без вреда для здоровья (а у очень «сухих» женщин пропадают месячные и не только). Чем не преимущества? Но про них Моалем не пишет ни слова. Меж тем такое вольное обращение с данными — упоминать только то, что подтверждает конкретную точку зрения, но игнорировать все остальное — в науке просто недопустимо. Почему же оно стало возможным в книге?
Но пока оставим возмущение: повествование продолжается.
Если вы, как и автор этой рецензии, продолжите читать «The Better Half» после второй главы в надежде увидеть еще не высказанные идеи, то будете разочарованы. Ничего принципиально нового дальше не говорится. Есть, конечно, лестные для биологических женщин заявления: оказывается, они реже умирают от рака, лучше противостоят туберкулезу и ВИЧ. Тяжелые формы этих болезней развиваются у XX-людей позже, да и расстройства интеллекта и проявления эмоций встречаются реже. Но ведь все это укладывается в концепцию «женщины более устойчивы к некоторым заболеваниям».
Можно пойти по другому пути и избежать разочарования: представить, будто книга вас заинтересовала не потому, что обещала что-то поведать о генетическом превосходстве женщин, а потому, что содержит занятные байки. Тогда читать станет проще: гладко складывать слова в предложения Моалем умеет, пусть порой его мысли и скачут броуновским движением.
Самых терпеливых ждет открытие: у XX-людей есть гомолог простаты — железа Скина. Это она порой вызывает эякуляцию, похожую на недержание мочи: один из протоков железы Скина открывается в мочеиспускательный канал, потому и кажется, что выделяется моча. В этом органе могут возникнуть злокачественные опухоли, но это чудом выявляемая редкость: если в больнице Александру или Евгению ошибочно запишут как Александра или Евгения и поэтому назначат «мужской» анализ на простатспецифический антиген (повышенное содержание этого вещества в крови указывает на рак простаты), тогда шансы есть.
Часть примеров, которые приводит Моалем, окажутся незнакомыми даже биологу — если только он не медицинский генетик, почти обязанный помнить самые разные сочетания болезней и генов. Но в погоне за подкреплением своей точки зрения автор упускает из виду контраргументы «женского генетического превосходства», а кое-где даже искажает его биологическую составляющую.
Сомнительно выглядит, скажем, сравнение второй X-хромосомы женщин с удвоенным по сравнению с нормой числом наборов хромосом. Одна хромосома не равна целому набору. Более того, обычно «лишние» единичные хромосомы (состояние, когда они есть, называется анеуплоидией ) заметно снижают жизнеспособность организма. Самый банальный пример и один из наиболее безвредных для здоровья — синдром Дауна, который возникает при наличии трех 21-х хромосом вместо двух. Большинство людей с лишними хромосомами под другими номерами (16-я, 20-я и так далее) просто не рождаются.
В доказательство своего неоднозначного тезиса, будто дополнительная X-хромосома так же прекрасна, как и целый дополнительный набор хромосом, Моалем приводит историю, как он изучал генетику перуанского картофеля. После длинного описания поездки в Анды и всех возможных сортов местных сельскохозяйственных культур автор говорит устами перуанских фермеров, что картофель — растение крайне устойчивое, а вот киноа и кукуруза так высоко в горах не приживаются. Тут же идет речь о том, что европейские и североамериканские сорта картофеля несут в клетках в два раза больше хромосом, чем «обычные» растения.
Из текста может показаться, что удвоение генома — причина успеха андской картошки и неуспеха всех остальных. По крайней мере, это было бы логично, раз уж автор пытается показать генетическое превосходство растений, сравнимое с женским. Но высокогорный картофель из Перу не содержит дополнительных копий генов по сравнению со своими дикими предками и европейскими «домашними» родственниками. (Зато кукуруза может содержать, но это ей в данном случае не помогает.)
Зачем выбирать такой натянутый пример, да еще и столь дальних родственников человека — растений? Судя по всему, Моалем просто забыл подходящие истории из мира животных. Он вопрошает: «Найдутся ли среди позвоночных примеры, когда эволюционное преимущество напрямую связано с лучшим доступом к генетической информации, помогающей выжить?» — и тут же отвечает: «Конечно. Женщины с их двумя X-хромосомами».
А зря. Далеко в «мир позвоночных» ходить не надо. Весь геном большинства позвоночных — это удвоенный геном их общего предка. Притом удвоенный дважды (у отдельных видов он копировался даже три и более раз). Как это помогло их выживанию? Да хотя бы так, что благодаря «учетверению» ДНК у позвоночных появились дополнительные гены, выстраивающие «координатную сетку» развивающегося тела. Некоторые из них приобрели новые функции и научились включать в план строения тела конечности. Наше сложное эффективное сердце тоже появилось благодаря этому. Не увеличься число копий генов, никаких людей бы не было. Да и книги Моалема тоже: не появилось бы рук, способных набрать ее на компьютере. И уж конечно, не было бы десятков тысяч видов рыб, птиц, амфибий, рептилий, зверей.
Что от «The Better Half» получит человек, далекий от медицины и биологии? Однозначно, ликбез по наукам о жизни. Длинные исторические и личные вставки Моалема могут сбивать с мысли, но одного у них не отнимешь: они содержат понятные и небанальные объяснения некоторых азов генетики и биохимии. Не на все вопросы в них найдутся ответы (например, почему X-хромосома так выделяется из остальных и что не так с «игреком», так и не становится понятно), но так это и не учебник, чтобы полноценно изучить по нему какую-то дисциплину.
Еще, быть может, книга даст читателю некоторое успокоение, если он женщина, и вызовет раздражение, если он мужчина (оба наименования — в смысле биологического пола, а не гендера). И недоумение, почему во главу угла ставится безликая хромосома, а не рискованное поведение, которое мужчины во многих уголках нашей страны демонстрируют едва ли не каждый день. Контраргумент Моалема таков: описанные им закономерности выполняются и на маленьких детях, на которых якобы еще не повлияли гендерные стереотипы. Даже среди младенцев чаще гибнут мальчики, чем девочки.
Кстати, о нашей стране. Какое будущее ждет здесь неоднозначную книгу о пользе X-хромосом? Скорее всего, неплохое. Свою аудиторию она найдет. Все для этого на месте: и броский заголовок, и понятный язык, и околонаучные байки, вполне интересные для людей любопытных, но далеких от биологии или истории. Интеллектуальная жвачка? Да. Новое слово в литературе или медицине? Нет. Как и любому человеку с солидным опытом, Моалему есть что рассказать, и если его цель была в том, чтобы поделиться историями из жизни и некоторыми личными соображениями, то он ее успешно выполнил.
Гомосексуальность и эволюция: как однополое влечение помогает видам выживать и развиваться
Один из самых распространенных аргументов против расширения прав ЛГБТ-людей заключается в том, что гомосексуальность ведет к вымиранию. Тем не менее она довольно часто встречается среди различных видов млекопитающих и птиц и не отсеивается в процессе естественного отбора. Одни ученые объясняют это тем, что однополое влечение представляет собой механизм защиты от перенаселения. Другие же, наоборот, считают, что оно возникает у высокоорганизованных социальных животных и необходимо для выживания таких сложно устроенных сообществ. Подробнее о том, зачем нужна гомосексуальность с точки зрения эволюции, рассказывает Александр Финиарель.
Раннее утро в горах Сьерра-Чинкуа в Центральной Мексике. Деревья, покрытые чем-то, что кажется золотыми и оранжевыми листьями, дрожат — но это не листья. Слышится шум водопада, но водопада поблизости нет. Это взмахи сотен тысяч тонких, как бумага, крылышек бабочек-монархов, прилетевших сюда зимовать из Северной Америки. Их так много, что ветки склоняются к земле, и сама земля тоже плотно покрыта бабочками. Некоторые из них образуют пары, и некоторые из этих пар — однополые: исследования показывают, что на пике спаривания во время зимовки более 10% пар монархов состоят из двух самцов, позже их количество достигает 50%.
Когда монархи все вместе взмывают вверх, они образуют плотное рыжее облако, которое скрывает за собой деревья как минимум на полчаса, пока бабочки не улетят. С высоты птичьего полета это выглядит ошеломляюще: лес будто охвачен огнем, состоящим из миллионов бабочек-всполохов. Это похоже на то, что американский писатель Хаким Бей назвал «великолепным переизбытком реальности».
Гомосексуальность в животном мире, как и в человеческом, долгое время игнорировалась или даже намеренно замалчивалась. Так, например, в 1979 году Музей китов опубликовал доклад, посвященный китам-убийцам, в котором описывалось в том числе их гомосексуальное поведение, но когда этот доклад был через год переиздан Американской комиссией по морским млекопитающим, оттуда были убраны все упоминания о гомосексуальности. В вышедшей в 1984 году книге «Белохвостый олень: экология и менеджмент» детально разобран каждый аспект жизни этих животных, но там нет ни слова об их однополых сексуальных взаимодействиях, несмотря на то что одна из глав написана ученым, который впервые описал это поведение в другой работе. Такая же ситуация сложилась и вокруг изданной в том же году книги о серых китах.
Поэтому неудивительно, что одними из основных аргументов против предоставления равных прав ЛГБТ-людям были утверждения о неестественности гомосексуальности и о том, что она якобы ведет к вымиранию. Однако, если бы это было так, гомосексуальные отношения не встречались бы в природе. И тем не менее на данный момент они зарегистрированы уже у 1500 видов.
При этом хоть сколько-нибудь изучено чуть больше миллиона видов из почти 9 миллионов предположительно живущих на Земле. Сексуальное же поведение описано всего у нескольких тысяч. Иногда, чтобы его хотя бы просто зарегистрировать, требуются десятки тысяч часов наблюдений, не говоря уже о том, чтобы понять является ли оно гомо- или гетеросексуальным.
Теория генетического превосходства бисексуальности
Несмотря на то, что однополые сексуальные отношения не приводят к появлению потомства, гомосексуальное влечение сохраняется среди людей и животных, не отсеиваясь в процессе естественного отбора. В 1959 году биолог Джордж Эвелин Хатчинсон выдвинул предположение, что раз уж гомосексуальность передается из поколения в поколение, то, вероятно, она несет какую-то полезную функцию. Например, гены, отвечающие за гомосексуальное влечение, могли бы «работать» вместе с генами, отвечающими за гетеросексуальное влечение, делая обладателей обоих типов генов более плодовитыми, даже если для этого необходимо, чтобы существовали исключительно гомосексуальные особи, которые не размножаются.
Действительно, в некоторых случаях бисексуальные животные могут быть более успешны, чем гетеросексуальные. Исследования показывают, что у родственниц гомосексуальных мужчин фертильность выше, чем у женщин, у которых в роду нет гомосексуалов.
Пары черных лебедей, состоящие из двух самцов, могут занять лучшие территории, потому что самцы крупнее самок и пара самцов сильнее, чем разнополая пара, и заполучить лучших самок, формируя таким образом бисексуальные трио.
Индийские макаки и азиатские слоны, которые имеют наибольшее количество гомосексуальных контактов, также имеют и наибольшее количество гетеросексуальных. А самцы турухтанов, участвующие в гомосексуальных копуляциях, привлекают большее количество самок.
Однако, если бы бисексуальные животные действительно всегда размножались бы более успешно, они должны были бы составлять большинство в любой популяции, но это не так. Среди попугаев какаду бисексуальных особей всего 11%, тогда как гетеро- и гомосексуальных — по 44%. Среди самок австралийских чаек 79% гетеросексуальны, 11% бисексуальны и 10% гомосексуальны. Среди болотных козлов, у которых почти все самки участвуют как в гетеросексуальных, так и в гомосексуальных сношениях, количество этих видов сношений находится в обратной зависимости: чем больше гетеросексуальных, тем меньше гомосексуальных, и наоборот. Длительное исследование красноногих чаек показало, что бисексуальные самки за всю жизнь производили на 14% меньше потомства, чем исключительно гетеросексуальные, и с меньшим успехом его выращивали. А самцам турухтанов удается спариваться с самками в основном только тогда, когда другой самец, с которым они спаривались до этого, уже покинул их территорию — в противном случае он попытался бы прервать копуляцию.
Теория саморегуляции численности
Другой популярный аргумент о пользе, которую может нести гомосексуальность для эволюции, основывается на предположении, что гомосексуальные отношения позволяют ограничивать размножение видов в условиях нехватки ресурсов. Согласно исследованиям, 37% матерей гомосексуалов пережили большой стресс во время беременности, тогда как среди матерей гетеросексуалов это число составляет всего 3%. К тому же наличие сына у женщины увеличивает вероятность того, что следующий ее ребенок родится гомосексуалом, на треть. Однако нет никаких доказательств существования корреляции между общим количеством особей в популяции, количеством доступных им ресурсов и количеством собственно гомосексуальных особей среди них.
Некоторые животные, например лемминги или мыши-полевки, проходят через постоянные 5—10-летние циклы снижения и увеличения популяции. Если бы гомосексуальность оказывала влияние на размер популяции, то можно было бы ожидать, что количество гомосексуальных особей в ней коррелировало бы с ее размером, но у большинства таких видов гомосексуальное поведение не наблюдалось. У тех же видов, у которых оно было обнаружено (например, у шотландских клестов), количество гомосексуальных особей никак не соотносилось с ростом и уменьшением популяции.
Также можно было бы предположить, что среди вымирающих видов большое количество гомосексуальных особей, но из более чем 2000 находящихся под угрозой исчезновения видов птиц и млекопитающих гомосексуальные отношения были зарегистрированы всего у 2%.
К тому же многие животные, имеющие гомосексуальные контакты, имеют также и гетеросексуальные и дают потомство. Более того, множество гетеросексуальных особей в любой популяции вообще не размножаются, и это никак не влияет на ее численность. Так, от 90 до 98% дамарских пескороев не производят потомство, и тем не менее их количество не только не уменьшается, а даже растет. Популяция китов-убийц может включать до 30% неразмножающихся самок и при этом не снижаться.
Гомосексуалы как помощники
Многие из этих неразмножающихся животных заботятся о потомстве своих сородичей. Точно так же в некоторых человеческих сообществах гендерно неконформные люди выполняют функции лекарей, шаманов, учителей, которые помогают племени воспитывать или рожать детей. Поэтому ученые предположили, что гомосексуалы нужны именно для того, чтобы помогать выращивать потомство. Высокая фертильность родственниц гомосексуалов объясняется именно этой теорией.
В основе данной теории лежит предположение, что животные, практикующие гомосексуальные контакты, не размножаются, которое, очевидно, ошибочно.
Гомосексуальные животные используют множество различных стратегий для размножения. Одни выращивают детей в бисексуальных трио и четверках (черные лебеди, серые гуси); другие состоят в гетеросексуальных партнерствах, но заводят однополые отношения на стороне (малые белые цапли, древесные американские ласточки); третьи размножаются в определенный период жизни, а после вступают только в гомосексуальные контакты (орангутанги, страусы эму); четвертые создают гетеросексуальные пары, исключительно чтобы завести детей, а потом воспитывают их в одиночку (японские макаки, северные морские котики).
Помощниками бывают не только гомосексуальные особи. Среди черноспинных султанок в гомосексуальные связи вступают лишь те птицы, которые выводят потомство, а не их неразмножающиеся помощники. Размножающиеся муравьиные меланерпесы и их помощники спариваются с особями своего пола одинаково часто. Гомосексуальные же контакты среди малых пегих зимородков встречается только среди тех особей, которые не размножаются и не помогают выращивать потомство.
Гомосексуальность на службе у гетеросексуальности
Другая, еще более экстравагантная теория строится на предположении, что гомосексуальность помогает животным подготовиться к вступлению в гетеросексуальные отношения. Данная теория явно исходит из того факта, что во многих человеческих обществах гомосексуальные контакты являются инициатической практикой, позволяющей перейти из юношества во взрослый возраст. И хотя она справедлива в отношении некоторых видов, таких как гвианский скальный петушок, в целом она несостоятельна, так как большинство животных, вступающих в однополые контакты, делают это не только в молодом возрасте. При приложении этой теории к таким видам, как, например, озерная чайка, которые практикуют гомосексуальные связи на протяжении всей жизни, она оказывается совершенно абсурдной, поскольку непонятно, к чему они таким образом всю жизнь готовятся. К тому же у большинства видов в однополые отношения вступает лишь небольшая часть популяции — почему тогда одни особи «тренируются», а другие нет?
Согласно еще одной теории, гомосексуальное поведение необходимо животным для привлечения партнеров. Якобы самки спариваются друг с другом, чтобы показать самцам, что у них течка и что они готовы к копуляции (эта теория явно происходит из сексистского и гомофобного представления о том, что лесбиянки занимаются сексом, чтобы привлечь гетеросексуальных мужчин); а самцы вступают в гомосексуальную связь, чтобы простимулировать собственное либидо перед гетеросексуальным спариванием.
Однако у большинства животных гомосексуальная активность не ограничена брачным сезоном, а продолжается на протяжении всего года.
Зачастую она происходит тогда, когда самка не может забеременеть: например, когда она уже беременна (у некоторых популяций японских макак) или же в «безопасные» периоды менструального цикла (у лангуров). В тех же случаях, когда эта активность выпадает на брачный сезон, она никак не повышает вероятность гетеросексуальных контактов, потому что однополые контакты не привлекают других особей, а если они и пытаются присоединиться, то спаривающиеся отгоняют их.
Существует точка зрения, что гомосексуальная активность нужна, чтобы снижать сексуальное желание у соперников или прерывать их половые акты. Однако нет никаких доказательств того, что гомосексуальные контакты как-то влияют на гетеросексуальные — для некоторых видов всё наоборот: наиболее часто в однополые отношения вступают те особи, у которых было наибольшее количество гомосексуальных связей. К тому же, как уже было сказано, у многих видов гомосексуальная активность происходит не во время брачного периода.
Наконец, есть теория, согласно которой при гомосексуальном контакте самки обмениваются спермой, оставшейся от предыдущих гетеросексуальных спариваний, чтобы заставить больше самцов заботиться об их потомстве. А самцы якобы помещают свое семя в другого самца, чтобы во время гетеросексуального спаривания он передал самке чужие гены. Однако у самок уже есть другие механизмы для того, чтобы достичь этой цели. Например, они могут спариваться сразу с несколькими самцами. Самцы же легко могут избавиться от чужой спермы в своих гениталиях.
Ограничения биологизаторских объяснений
Половое размножение и половой диморфизм не объясняются одной только необходимостью передачи наследственного материала. Половым путем размножаются и не проявляющие полового диморфизма существа. К тому же сексуальные сношения — не самый энергоэффективный способ это делать, бесполое размножение требует гораздо меньших усилий. Большинство высокоорганизованных социальных животных (среди которых чаще всего и встречается гомосексуальность) нуждаются в сложных социальных связях как минимум потому, что их детеныши продолжительное время не могут существовать самостоятельно и нуждаются в поддержке взрослых. Зачастую для взрослых детеныши являются потенциальными конкурентами, так что у них есть причины не размножаться либо прогнать отпрысков со своей территории.
Крупный саморазвивающийся мозг должен был бы попасть в таком случае в эволюционный тупик. Однако сексуальные отношения позволяют поддерживать также и социальные отношения, предоставляя различным особям стимулы для заботы друг о друге и о потомстве друг друга.
Так, молодые самцы горилл, изгнанные своими родителями, объединяются в группы, скрепляемые в том числе генитальными ласками.
В группе они могут обмениваться опытом и защищать друг друга, что повышает их шансы на выживание. Африканские и индийские слонихи изгоняют детенышей-самцов из стада с появлением у тех первых признаков пубертата. Около половины из них при этом гибнет, потому что они не готовы к самостоятельной жизни, но их шанс на выживание сильно повышается, если их возьмет на попечение взрослый самец или они вступят в группу, состоящую из таких же молодых слонят.
Половой диморфизм позволяет распределить роли в обществе в соответствии с гендерной принадлежностью, чтобы создать более сложную и разветвленную социальную структуру, в которой родители смогут дольше заботиться о детенышах. Длительный постнатальный уход, в свою очередь, позволяет развиваться гораздо более сложным организмам (например, у человека с момента рождения мозг увеличивается в четыре раза). Усложнение же социальной структуры требует создания разнообразных связей, которые поддерживаются в том числе через сексуальное взаимодействие. И чем сложнее сообщество, тем разнообразнее должны быть связи, лежащие в его основе, чтобы оно было стабильным.
Сексуальность, эволюция и общество
Канадский исследователь Брюс Бейджмил (из книги которого позаимствована большая часть примеров, приведенных в этой статье) полагает, что большинство объясняющих эволюционную роль гомосексуальности теорий ошибочно исходят из предположения, что в основе любого развития и возникновения любой формы жизни лежит некий недостаток. Поэтому авторы этих теорий так настойчиво пытаются найти причины, по которым гомосексуальное поведение восполняло бы какой-то недостаток гетеросексуального, дополнительно стимулируя размножение. Бейджмил же предлагает исходить из того, что в природе встречается не только нехватка, но и избыток, который необходимо растрачивать, чтобы избежать «кризиса перепроизводства».
Животные вступают в сексуальные контакты гораздо чаще, чем нужно для поддержания численности популяции, и производят больше потомства, чем необходимо для передачи их генов.
Если бы все их сексуальные взаимодействия заканчивались появлением потомства, то это привело бы к чересчур быстрому размножению, нарушению баланса биологической системы и в итоге к вымиранию. Поэтому нерепродуктивные модели сексуального поведения не ведут к вымиранию, они стабилизируют популяцию за счет увеличения ее разнообразия.
Неслучайно нерепродуктивное поведение интегрировано в социальную ткань первобытных племен, в которых гендерно неконформные люди часто выполняют ритуальные функции, являясь лекарями, посредниками или шаманами. И неслучайно их ритуалы отсылают к ассоциируемым с гомосексуальностью животным и зачастую основаны на гендерной инверсии, необходимой для восстановления целостности мира. Например, самые могущественные якутские шаманы-мужчины на протяжении трех лет проходят инициацию, во время которой они как бы переживают различные аспекты женского репродуктивного цикла и в итоге «рожают» несколько духов животных, таких как волк, медведь или ворона. У индейского племени оглала существует обряд, знаменующий переход из девичества во взрослый возраст: шаман облачается в костюм, символизирующий их священное животное, бизона, и имитирует брачное поведение самцов, будучи разукрашенным символами, означающими самку.
Похожие ритуалы встречаются и в более развитых обществах. Так, в неаполитанской культуре очень женственных гомосексуальных мужчин называют феммениелли. Эта идентичность там не стигматизирована, а наоборот, считается, что феммениелли приносят удачу. Поэтому им обычно дают подержать новорожденных, и они участвуют в некоторых ритуалах, во время которых изображают роды или выходят замуж. Да и христианская церковь наряду с осуждением нерепродуктивного секса (содомии) поощряет нерепродуктивное поведение в виде целибата для священнослужителей.
Тем не менее никто не выступает против церкви, заявляя, что она пропагандирует воздержание и ведет вид или нацию к вымиранию, несмотря на то что религию, в отличие от сексуальности, можно выбрать сознательно.
Неутилитарная адаптация к сложным и разнообразным условиям жизни создала предпосылки для развития всей человеческой культуры. Художники, философы, шаманы и монахи занимаются деятельностью, которая, на первый взгляд, не несет никакой практической пользы. Однако именно они способствуют усложнению структуры человеческого общества. А чтобы поддерживать такую структуру, необходимы модели поведения, которые обусловливаются не только (ре)продуктивными целями, но и задачами кооперации и выстраивания всё более необычных и сложных связей не только между полами, но и внутри гендерно однородных групп.