за образ жизни спроса нет что значит
От сумы да тюрьмы: как себя вести впервые в камере
Пройдя «школу жизни» в трех закамских СИЗО и нижнекамской колонии, журналист Сергей Еретнов решил поделиться навыками с читателями «БИЗНЕС Online». Если в первых двух блогах этой серии автор рассказал, чего ждать и как вести себя на этапе задержания и первого допроса, то сегодня речь пойдет о первом знакомстве с сокамерниками в ИВС, о тюремных «мастях» от «неприкасаемых» до «черных» и о важнейших принципах, действующих в тюрьме.
Сегодня речь пойдет о первом знакомстве с сокамерниками в ИВС, о тюремных «мастях» от «неприкасаемых» до «черных» и о важнейших принципах, действующих в тюрьме
КАМЕРА. КАК НЕ СТАТЬ НЕПРИКАСАЕМЫМ
Задержанные на 48 часов попадают в изолятор временного содержания (ИВС), арестованные по решению суда — в следственный изолятор. Общие принципы поведения в этих учреждениях одни и те же, они же распространяются и на колонию для осужденных. Главное отличие ИВС от последующих этапов заключается в том, что здесь вместе содержатся и дебютанты, и рецидивисты: на следственные мероприятия и на судебные заседания в ИВС свозят арестантов без разбора. В СИЗО и в колонии «первоходы» с бывалыми зэками не пересекаются.
Как я уже говорил, в камере прежде всего работают вполне обычные правила общежития. Первыми словами задержанного должно быть простое вежливое приветствие — «здравствуйте» или «добрый вечер». Кто прежде сидел, может сказать, к примеру, «добрый вечер в хату», но разницы нет: мифология об изощренных «понятиях», о системе «правильных» реплик на все случаи жизни часто преувеличена или работает на зонах для повторно осужденных.
Итак, если задержанный попал в «неправильную» камеру, оставаться в ней нельзя. О том, что здесь сидят «опущенные», они обязаны сказать сами. Прояснив вопрос, необходимо немедленно развернуться и стучать в дверь, вызывая надзирателя: «Я отказываюсь сидеть в этой камере». Требование о переводе должны исполнить — в Татарстане в этом смысле издеваться не принято, УФСИН не переходит границы. Я уже говорил, что наш УФСИН относительно гуманный. Есть зоны, известные своей жестокостью, — это Кировская область, Омск, где человека могут закинуть в камеру и избивать или заставляют маршировать часами. Татарстанским зэкам в этом смысле повезло. Даже если следствие хочет надавить на задержанного через посадку к «опущенным», персоналу УФСИН эти интересы по большому счету параллельны, тут действует юрисдикция минюста. Кроме того, сегодня в каждой татарстанской камере установлено видеонаблюдение с трансляцией напрямую в Казань. Есть негласное правило: нельзя доводить заключенного до самоубийства, а если его оставят с «опущенными», он ведь может и «вскрыться». Или начнет биться головой об дверь, а видеокамера будет это снимать. Лучше крайние меры на этом этапе, чем месяцы или годы с «опущенными» в случае реального срока.
ЗА ОБРАЗ ЖИЗНИ СПРОСА НЕТ
В СИЗО администрация, как правило, спрашивает новичка, в какую камеру он хочет сам. С «опущенными» в данном случае понятно — они не могут скрывать свой статус, не могут зайти к «черным» или к «мужикам», а то будет совсем плохо. Все остальные должны определиться, для этого надо знать, какие масти есть.
К вопросу о неприкасаемых добавлю только, что с ними нельзя здороваться за руку, сидеть за одним столом, пользоваться их посудой, никакого тактильного контакта. Этот запрет, к примеру, обязывает их всегда уступать дорогу и при необходимости предупреждать незнакомого заключенного о своем статусе. Эта каста выполняет всю грязную работу в СИЗО и на зоне: они чистят общие туалеты, моют полы в коридоре. В лагере они подметают плац — это одно из самых позорных занятий, как и чистка снега между двумя рядами заборов, на пути охранников, делающих обход. Позор в том, что они тебя охраняют, а ты им дорогу для этого расчищаешь.
Кто-то должен выполнять всю эту работу, зазорную для мужиков, потому что ее не делает УФСИН — нет возможности. Поэтому УФСИН заинтересовано в том, чтобы заключенных «в шерсти» было больше. Администрация не влияет на рост их числа, но системе они выгодны. Это бесплатная работа, максимум за сигареты и какие-то индивидуальные послабления.
Ступенью выше стоят «красные» — заключенные, работающие в административных должностях, зачастую таких, на которых должны работать офицеры. Например, «красные» могут работать в финансовом отделе штаба. В штабе нижнекамского лагеря, к примеру, работали около 30 человек. Это тоже показатель нехватки тюремного персонала. К «красным» на зоне относятся нормально, как и к обычным «мужикам», работающим на промплощадке или нигде не работающим. Ограничения для «красных» чисто символические — например, заходя в комнату «черной масти» (раньше их называли блатными), «красный» должен постучаться. «Мужик» не должен, «черный» тем более любую дверь открывает без стука.
«Мужики», как уже, наверное, стало понятно, формируют основную массу заключенных. Они могут работать, исключая сотрудничество с администрацией.
«Черный» работать не может и должен жить по понятиям — вот, собственно, и все. Есть, конечно, и другие мелкие права и обязанности, несущественные, — например, «черным» нельзя ходить на концерты, потому что их организовывает администрация. Я сам как-то организовал концерт, пригласил из Челнов группу «Веретено». Всем понравилось, но «черные» не пошли по привычке.
«Черные» и «мужики» не могут по одиночке ходить в штаб, даже если вызывают. Нужно отказываться или требовать, чтобы с тобой шел свидетель. При желании администрация может наказать за отказ, посадить в карцер, но еще раз подчеркиваю — УФСИН правила знает и заинтересовано в спокойствии. Один раз принудят к чему-то, другой, а на третий зэки могут устроить бунт — начнут все жечь или «вскрываться». На любой нормальной зоне всегда есть люди, готовые рискнуть жизнью ради общих интересов. Кстати, по лагерю вообще не принято шататься в одиночку, даже на виду, хотя в принципе не запрещено.
Как я уже говорил, в СИЗО «мужики» и «черные» сидят вместе, а в лагере новичок сам должен определиться, с кем сидеть. Независимо от того, кем он был на воле, он может подселиться и к «черным», но это право нужно подтвердить образом жизни. Я бы советовал «первоходу», если он не бандит, признавать себя «мужиком» — это самая подходящая среда для человека с улицы. Но в любом случае главное, что нужно знать о мастях, — это опять же принцип, четко действующий в местах заключения: за образ жизни спроса нет. Хоть «черный», хоть «опущенный» — без причины никто никому предъявить не может, спрашивают только за поведение.
НЕ НАВРЕДИ ДРУГИМ СВОИМ ПОВЕДЕНИЕМ
За любые оскорбления тоже придется отвечать перед обществом. На зонах для первоходов нет жестких понятий о запретных словах. К примеру, если среди рецидивистов любые производные от слова «обида» могут трактоваться как намек на статус зэка («обиженный» — тот же «опущенный»), то при первом сроке к словам без персональной причины не цепляются, все зависит от контекста. В столь тесном обществе ценится прежде всего вежливость, в соответствии с правилом «не навреди другим своим поведением».
В СИЗО от сокамерников, как правило, можно не ожидать подвохов и провокаций — все сосуществуют достаточно мирно. Даже если новичок попадает к «черным», в первый раз все настроены ему помочь. Объяснят правила поведения, даже, быть может, выразят моральную поддержку. Могут и спасти, как было с меценатом Николаем Мясниковым (епархия пыталась силой отжать у него построенный им храм и организовала ему уголовное дело). Когда за ним, пожилым человеком, пришли в камеру в час ночи и попытались вывести на допрос, что абсолютно незаконно, камера его не отдала — заключенные встали стеной и не пропустили сотрудников внутрь. Есть рабочее время, когда следователь может тебя допрашивать, когда может приехать адвокат. Ночью-то адвоката никто в СИЗО не пустит. Да и сами надзиратели не имеют права заходить в камеру ночью. Для обыска нужен повод, для зрительного контроля есть глазок. Если в камере происходит что-то непотребное или преступное — например мордобой или разговор по телефону — тогда другое дело, но обстоятельства, как мы помним, фиксируется на видеокамеру. Работникам УФСИН сейчас намного сложнее нарушить закон.
На этом прервемся, а следующую часть серии о тюрьме я посвящу тюремному быту: правилам общежития, внутренней валюте и цене откровенности в тех или иных темах для разговоров.
За что могут «спросить» в воровском мире
Спрос — процедура принятия того или иного решения на «сходняке» (т.е. на собрании преступников) по отношению к провинившемуся. Он может быть направлен как в адрес «гада» (тот кто осознанно идет против воровского закона), которого, как правило «валит» «торпеда» (тюремный палач), так и в адрес простого обидчика, равного или неравного по «масти» (определенная каста в преступном мире).
Если дело касается вора в законе, то сходняк состоит воров в законе. Если дело не касается вора, то достаточно присутствие положенца или очень авторитетного сидельца. Как правило спрос бывает разным, как и приговор сходяка по нему. Последний пункт называется «получить». По воровскому закону, получить с человека совершившего тот или иной поступок можно только после вынесения постановления сходняка.
Спрос за крысятничество
Спрос за масть
Спросить как с негодяя, гада
Этот спрос за проступок, который грубо нарушает воровские законы. Расплачивается виновный своей головой или здоровьем. Гада руками не бьют, только палкой или ногами, бьют по любым участкам тела. Однако гадом могут путем ингриг обьявить и невиновного человека. Такой случай произошел с легендарным вором в законе Сергеем Бойцовым. В августе 1988 года Боец решил поехать к сидевшему в ИК-10 вору в законе Витьке Ореху, с тем расчетом чтоб пригласить туда же другого вора в законе Колю Чахотку, для решения своего вопроса (т.е. чтобы стать вором в законе). Через месяц Боец вернулся, сказал что поступки Ореха, несмотря на дружбу последнего с Васей Бриллиантом, противоречат Воровским устоям, однако, для разрешения ситуации, отписал письмо на массу воров в законе находившихся в Тулунской спецтюрьме. Через несколько месяцев пришел ответ от воров в законе, что «Орех не Вор, а сука». Этот ответ Боец зачитал в слух. Вскоре в ИК-10 дошли слухи до Ореха, о том что якобы Боец не прочитал, а заявил что Орех не Вор. К Бойцову прибыл от Ореха бродяга по прозвищу Шаршавый, с устным указанием к «братве» лагеря : «Забрать у Бойца общак и получить с него как с гада». Боец поинтересовался есть ли «малява» от Ореха подтверждающая слова Шаршавого. Но так как малявы не было, Боец сказал обращаясь ко всем: «Братва, я конечно же могу не позволить получать с себя без малявки от Вора, но мы все знаем Шаршавого как порядочного арестанта и у меня нет повода для сомнения в его словах. По этому, если вам сказал Вор, так поступить со мной, то вы не должны колебаться ибо слова Воров нельзя игнорировать. Из всех присутствующих здесь, получить с меня я могу позволить только Кыли, так как я уважаю его особо». Затем Боец позвал авторитетного бродягу Кылю в пустую комнату, где они находились минут десять наедине. «Когда они вышли из комнаты, в глазах Кыли я увидел слезы и понял что Боец убедил Кылю ударять его по щеке. Затем какое то время мы с Бойцом и Иваненок с Фомой были объявлены негодяями, пока не пришла малявка от Коли Чахотки, что Орех это сука», — вспоминал Леонид Семиколенов.
Спросить как с мужика
Если за нарушение лагерных законов с осужденного, который именует себя бродягой, спрос воров в законе бывает строгим, то мужиков, как правило, ожидают лишь легкие побои, а то и просто устное порицание. Иногда запоровшего косяк спрашивают, кто он по жизни. Зная, какое наказание его ожидает, бродяга порой называет себя мужиком, зная, что вновь бродягой ему не стать уже никогда в жизни. Таковы строгие воровские законы.
Спросить как с порядочного, по понятиям
Спросить по всем правилам лагерной жизни
Этот спрос по всей строгости, какая только существует в местах лишения свободы, как правило за сучий поступок. Если наказуемый — бродяга по жизни, с него спрашивают, как с гада, если обыкновенный мужик, могут опустить.
За что принято «спрашивать» в уголовном мире
Под «спросом» в криминальной среде обычно понимают разбор уголовниками того или иного проступка и принятие решения по провинившемуся. Состав такой «комиссии» зависит от ранга человека, с которого «спрашивают». Если это вор в законе, то и разбираться будут воры в законе, а если дело касается обычного заключенного, то руководит процессом самый авторитетный сиделец. После выяснения всех деталей с виноватого можно «получить», то есть применить к нему меры воздействия, вплоть до убийства. Но за что конкретно могут «спросить» в воровской среде?
Спрос за масть
В этом случае с человека «спрашивают» из-за того, что он назвался не тем, кем является на самом деле. Если мужик, то есть обычный заключенный, отбывающий свой срок и работающий как все, назовет себя бродягой (профессиональным уголовником, рецидивистом), то его ждет разоблачение и кара. Хуже всего, когда самозванец лжет всем, что он вор в законе.
Несмотря на то что в воровском мире вор — фигура крупная и каждого из них хорошо знают, есть немало примеров, когда обычные уголовники неоднократно присваивали себе этот высший титул криминального мира. Хорошо известна история Леонида Свинухова (Ленчик Тряси-Башка), который много раз выдавал себя за вора.
Спросить как с мужика
У воров и авторитетов все очень строго, а вот у простых зеков — мужиков, «спрос» происходит с меньшими потерями. Как минимум признанного виновным в «косяке» подвергнут устному порицанию, реже побьют, но не сильно, для профилактики. Иногда этим пользуются другие масти.
Например, у совершившего проступок бродяги могут спросить, кто он по жизни и тот, чтобы избежать сильного избиения или даже смерти может сказать, что сидит мужиком. В таком случае «спрашивают» не так жестко, но после этого путь назад в бродяги этому уголовнику уже закрыт навсегда.
Спросить как с гада
Этот «спрос» непосредственно связан с грубым нарушением воровского уклада. Как правило, виноватый расплачивается за свою вину очень серьезно — здоровьем или даже жизнью. При этом случается, что страдают и совсем невиновные люди, ставшие жертвами оговора. Если это выясняется, то с автора «интриги» будут «спрашивать» еще жестче.
За нарушение законов воровского мира, например, сотрудничество с правоохранительными органами, разбираются со всеми категориями заключенных. Вор в законе может потерять свой титул или жизнь, если его признают виновным. Лишение воровского статуса происходит просто — совершившему серьезный проступок при свидетелях дают пощечину и это навсегда лишает его права называть себя вором.
Спрос за крысятничество
Крыса в воровском мире — это человек, взявший чужую вещь без разрешения, то есть укравший. В стесненных условиях, в которых вынуждены годами проживать арестанты, все вынуждены придерживаться строгих правил общежития, за нарушение которых строго карают.
Обычно в камерах и бараках воруют сигареты, чай, наркотики, сладости и деньги. «Спрос» может быть различным по строгости — все зависит от того, насколько ценная для зека вещь украдена. Самая суровая кара ждет тех, кто позарился на «общаковые» деньги — за такой крысятничество часто лишают жизни. Если похитили еду, то воришку заставляют насильно есть, иногда до потери сознания.
А вы знали, что у нас есть Instagram и Telegram?
Подписывайтесь, если вы ценитель красивых фото и интересных историй!
За образ жизни спроса нет что значит
Козлами в местах лишения свободы принято называть осужденных, открыто сотрудничающих с администрацией исправительного учреждения. Это одна из низших каст в арестантской иерархии.
Уже с XIV века на Руси бранное слово «козёл» применялось по отношению ко всякого рода подлецам и мошенникам. Если в 1930-1950-х гг. козлами в тюрьмах называли пассивных гомосексуалистов, то с начала 1960-х годов это слово стало означать человека, активно сотрудничающего с администрацией колонии. Статус козла для заключённого был практически постоянным в течение всего времени пребывания его в месте лишения свободы.
Заключенные, принадлежащие к группе козлов, предпочитают называть себя активистами, красными, независимыми мужиками или положительными. Но и арестанты никогда не зовут их козлами.
Многие полагают, что эта категория арестантов является стукачами. На самом деле это не так. Никто из зэков не станет болтать в их присутствии. Тем более что и держатся они обособленно. Начальники оперативной части зоны – народ очень хитрый, у них всегда есть такие «содействующие», на которых меньше всего падает подозрение. Поэтому следует признать, что козлы, красные, активисты (называйте как угодно) на зонах, где налажен воровской ход, бесполезны. Они не стучат и порядок от администрации поддерживать не могут. Ну а на «красных зонах», где влияние администрации сильно, у них задача простая, как у дедов в армии, – подавлять остальных заключённых силой, чтобы сотрудники колонии не утруждали себя заботами о дисциплине.
Заключённый автоматически становился красным при вступлении в секцию внутреннего порядка или в так называемые «самодеятельные организации осужденных», или если соглашался занять должность нарядчика, бригадира, завхоза, дневального. Работа на данных должностях предоставляет ряд льгот от администрации и даёт возможность перейти в категорию лиц, «твёрдо вставших на путь исправления», что обеспечивает попадание в число кандидатов на досрочное освобождение или помилование. А вот козлом человека можно считать только тогда, когда он открыто вредит другим осуждённым.
15 вещей, которые мы не должны позволять окружающим
1. Рассматривать нас как запасной вариант
Если человек знает, что такое самоуважение, он не позволит окружающим использовать его как запасной вариант. Знакомые и друзья, которые общаются с нами лишь тогда, когда им не удаётся увидеться с кем-то другим, должны быть исключены из нашей жизни для нашего же блага. Мы обязаны ценить себя и окружать себя только теми людьми, которые также ценят нас по достоинству.
2. Провоцировать нас
Издевательский тон, напоминание о прошлых неудачах, пассивно-агрессивное поведение — всё это неприемлемо для уважающей себя личности. Все эти действия лишь провоцируют нас на негативные эмоции, которыми впоследствии умело манипулирует наш собеседник. В жизни и без того много причин для обид и раздражения, так что нужно ограждать себя от подобного отношения.
3. Пользоваться нами
Окружающие могут не замечать тех поступков, которые мы совершаем ради них, — до того момента, пока мы не решим перестать это делать. Нельзя позволять людям пользоваться нами, нашей вежливостью, заботой, любовью, не давая ничего взамен. Отношения никогда не должны быть односторонними: если один из друзей, знакомых, родственников или партнёров только и делает, что отдаёт, а второй умеет только брать и требовать ещё больше, — нужно найти в себе силы разрушить такую связь.
4. Самоутверждаться за наш счёт
Когда мы замечаем, что человек, с которым мы общаемся, пытается самоутверждаться за наш счёт, — нам нужно поставить крест на этих отношениях. Попытки самоутверждаться говорят о том, что человек пойдёт на многое, чтобы выглядеть в глазах окружающих лучше, умнее, сильнее. Те, кто действительно ценит отношения с нами, никогда не опустятся до такого поступка.
5. Критиковать нас без нашей просьбы
6. Обесценивать наши эмоции
Одна и та же ситуация может восприниматься двумя людьми совершенно по-разному. Для одного это будет небольшая неприятность, о которой он тут же забудет. А для другого это может быть катастрофа вселенского масштаба, которая без преувеличения наложит отпечаток на всю его дальнейшую жизнь. Люди, которые уважают чужие чувства, никогда не станут обесценивать их. Они понимают, что у каждого свой взгляд на привычные вещи и своя болезненная предыстория такого отношения.
7. Вмешиваться в принятие важных решений
Ни мама, ни папа, ни любимый человек, ни лучший друг, ни тем более малознакомые люди не должны вмешиваться в принятие жизненно важных решений. Где жить, с кем спать, кем работать — это только наше дело. Мы — взрослые люди и сами несём ответственность за себя и свои решения. Поэтому хватит позволять кому-то другому решать за себя.
8. Втягивать нас в бессмысленные споры
Споры отнимают у нас много времени и энергии, не приводя ни к какому логическому итогу или договорённости. Каждый остаётся при своём мнении, осуждая взгляды оппонента и его аргументацию. Споры — это бессмысленная трата ресурсов, поэтому мы не должны никому позволять втягивать нас в них. Пусть желающие поспорить разбираются между собой сами.
9. Заставлять стыдиться себя
Мы не должны стыдиться себя ни в коем случае: ни когда совершаем глупую ошибку, ни когда попадаем в неловкую ситуацию, ни когда показываем себя не с лучшей стороны. Никогда не ошибается только тот, кто стоит на месте и не пробует ничего нового. Испытывать стыд — нормально, но позволять окружающим людям провоцировать это чувство в себе — непростительно.
10. Ругать нас за наши ошибки
Человеку свойственно ошибаться, и если окружающие люди постоянно напоминают нам о том, что мы допустили промах, ругают нас за это, заставляют сомневаться в себе, то нам пора сменить своё окружение. В такой токсичной среде мы вряд ли можем реализовать свой потенциал и обрести стабильную самооценку.
11. Заставлять отказываться от мечты
О чём мечтать и как к этой месте продвигаться — это личное дело каждого, в которое не может вмешиваться ни семья, ни любимый человек, ни его друзья. Если кому-то не нравятся наши мечты, это не наши проблемы. Если кто-то хочет заставить нас отказаться от поставленной цели — значит, он не стоит ни нашего внимания, ни уважения, ни любви. Конечно, важно разделять обычные переживания близких о нашем благополучии и желание сбить нас с намеченного курса.
12. Запугивать нас
Когда мы позволяем кому-то запугивать нас, мы даём ему власть над нами. Страх сковывает, к нему быстро привыкаешь. Поэтому вместо того чтобы терпеть такое отношение к себе, мы должны дать своим страхам отпор. А заодно избавиться от влияния человека, который таким способом пытается контролировать нас.
13. Лгать нам
Пора прекратить разрешать окружающим людям лгать нам. Все мы заслуживаем лучшего, чем неверный любимый человек, нечестный друг или знакомый, который скажет всё что угодно, лишь бы заслужить хорошее отношение к себе. Мы должны научиться говорить людям о том, что не будем терпеть их ложь, обличать их или хотя бы просто уходить молча, не позволяя лгунам придумывать себе отговорки.
14. Навязывать нам свою точку зрения
Сколько людей — столько и мнений, но некоторые люди почему-то считают, что их позиция единственно верная. Поэтому они всячески пытаются навязать нам свою точку зрения. Хватит выслушивать аргументы из вежливости, соглашаться с чужим бредом и верить словам окружающих, которые никак нельзя доказать. Мы должны формировать ко всему своё отношение, а не копировать чужие убеждения.
15. Говорить о том, что мы чего-то не заслужили
«У тебя просто родители богатые», «тебе просто повезло», «ты просто вовремя начал этим заниматься» и ещё тысячи подобных оправданий нашего успеха мы слышим в течение всей своей жизни. Если сталкиваться с этими завистниками ежедневно, в конце концов можно поверить в то, что мы не заслужили своих достижений. Мы должны понимать, что в человеке говорит его зависть, а не здравый смысл.